Дипломаты-разведчики «Ирина» и «Кин»

«Ирина» и «Кин» ­ агентурные псевдонимы сотрудников Службы внешней разведки полковников Зои Воскресенской и Бориса Рыбкина. Их имена золотыми буквами вписаны в скрижали истории ВЧК, ОГПУ, НКВД, НКГБ, МГБ СССР. В предвоенные годы супруги-­разведчики Рыбкины, работая в странах, со стороны которых исходила угроза непосредственного военного нападения, информировали политическое руководство СССР о военно-­политических планах Германии и её союзников. С их мнением считался сам Сталин!

В годы Великой Отечественной вой­ны им удалось сорвать секретный план фюрера по уничтожению советского военного потенциала (немцы намеревались одновременно уничтожить все заводы по производству вооружения, а также главные объекты стратегического назначения ­ гидроэлектростанции и металлургические заводы). Полковник Рыбкин курировал заброску нелегальной агентуры и разведывательно­диверсионных групп в оккупированные гитлеровцами страны Восточной Европы, а после окончания ВОВ восстанавливал связи с нелегальными агентами советских спецслужб на Ближнем Востоке и в ряде стран восточно­-европейского региона.

РАССЕКРЕЧЕННЫЕ СУДЬБЫ
Десятилетиями чекистские архивы хранили тайну их биографий в закрытых досье под грифом «Совершенно секретно». Правда, советские школьники знали Зою Воскресенскую, как автора книг о детстве будущего вождя Октябрьской революции Владимира Ленина и жизни семьи Ульяновых, а взрослым ее фамилия была известна, благодаря сценариям к фильмам ленинианы: «Сердце матери», «Верность матери», «Надежда».
1991-­й год... Советский Союз доживал последние месяцы, когда глава КГБ СССР Владимир Крючков в интервью западным журналистам рассказал об одном из лучших сотрудников советской внешней разведки за всю ее историю. «Суперразведчике», имя которого стало возможным рассекретить, звали... Зоя Воскресенская ­ детская писательница, за плечами которой было четверть века службы во внешней разведке.
А вот о ее супруге ­ опытнейшем разведчике и дипломате Борисе Рыбкине, также входившем в элиту Иностранного отдела советских спецслужб, знали лишь коллеги­-дипломаты и сослуживцы. Это сейчас его биографию можно легко отыскать в Интернете во многих открытых источниках и в книгах о разведчиках 20­х ­40­х годов. А тогда сделать это было невозможно.

КТО ЖЕ ОН, РАЗВЕДЧИК-­ДИПЛОМАТ?
Рыбкин Борис Аркадьевич (настоящие фамилия, имя, отчество Рывкин Борух Аронович) родился на рубеже ХІХ­го и ХХ веков в еврейской сельскохозяйственной колонии Ново­Витебск (ныне с. Нововитебское в Софиевском районе Днепропетровской области) в семье ремесленника. В его ранней биографии есть и криворожский след. Будущий полковник ГБ в силу своей грамотности (в 1909 году окончил четыре класса сельской школы) работал наборщиком в типографии. До революции 1917-­го таких производств печатной продукции в Кривом Роге было четыре. Три из них находились по улице Почтовой. Это уже позже он окончит коммерческое училище и поступит в Екатеринославский горный институт. Будучи призванным в Красную армию, служил наборщиком походной типографии политотдела 2­го конного корпуса Южного фронта. В июле 1921 года по распоряжению губкома ВКП (б) Рывкина мобилизовали на работу в Екатеринославскую ЧК. Потом была учеба на курсах ОГПУ. После чего герой нашего повествования стал контрразведчиком...

В РАЗВЕДЧИЦЫ... ИЗ БИБЛИОТЕКИ
Зоя Воскресенская ­ родом из Тульской губернии. Рано осталась без отца. После его смерти семья переехала в Смоленск. В 14 лет ее взяли на работу библиотекарем в 42­й батальон войск ВЧК Смоленской губернии. Затем она стала сотрудникам ЧОНа ­ «коммунистической дружины».
В качестве политрука ее направили в колонию малолетних правонарушителей на Смоленщине. В Москве она оказалась после того, как вышла замуж за комсомольского активиста Владимира Казутина, которого через некоторое время после свадьбы направили в столицу на партучебу. Вслед за ним, по партийной путевке для работы в педагогической академии имени Крупской в столицу отправилась и Зоя. Опустим некоторые детали ее биографии. Вся ее дальнейшая жизнь (четверть века!), начиная с 1929 года, будет связана с разведкой. Первое задание Центра она выполняла в Харбине во время кризиса вокруг КВЖД, где около двух лет находилась на нелегальном положении.
Изысканно одетая, под видом знатной баронессы, разведчица появлялась на улицах старой Риги. В Берлине Воскресенской удалось проникнуть на приснопамятное заседание Рейхстага, где политиканствующие пустозвоны угодливо расчистили дорогу к власти оголтелому Гитлеру.
Судьба разведчицы забросила Зою Ивановну в Финляндию и Швецию. В странах­соседях она провела большую часть своей закордонной жизни: с 1935­го по 1944 год (с небольшим перерывом).

ЛЮБОВЬ НЕЧАЯННО НАГРЯНЕТ...
Есть известное выражение «От любви до ненависти один шаг». У Зои Воскресенской и Бориса Рыбкина все было с точностью до наоборот. Сначала была ненависть, а уж потом между разведчиками возникли нежные чувства, которые, как известно, в Центре не одобряли. Однако, как видим, судьба распорядилась иначе и решила все по­своему.
...Они познакомились в 1936 году (к тому времени в Москву был отозван резидент внешней разведки в Финляндии). Он ­ вновь прибывший в Хельсинки дипломат Ярцев ­ опытный чекист, долгое время работавший в Иране. В Финляндии «Кину» (Борису Рыбкину) была отведена роль резидента ИНО (иностранного отдела) ОГПУ под прикрытием должности консула. Она ­ заместитель резидента. В финской столице разведчица «Ирина» уже провела несколько месяцев и была известна как руководитель советского представительства ВАО «Интурист».
Оба имели печальный опыт семейной жизни. Поэтому немудрено, что первоначально их отношения не складывались. В одном из своих воспоминаний Зоя Ивановна писала: «Мы спорили по каждому поводу. Я решила, что не сработаемся, и попросила Центр отозвать меня. В ответ мне было приказано помочь новому резиденту войти в курс дел, а потом вернуться к этому вопросу. Но... возвращаться не потребовалось. Через полгода мы запросили Центр разрешить нам пожениться...»
Руководство ИНО, обычно не приветствовавшее «семейственность», на сей раз дало «добро». Видимо, в Москве решили, что такой семейный дуэт разведчиков сможет принести немало пользы. Так Зоя Воскресенская стала «мадам Ярцевой» для дипломатов европейских посольств в Хельсинки и Рыбкиной для своих коллег­-разведчиков.
Двенадцать счастливых лет прожили и они вместе, беззаветно служа Родине. Совместная работа «Кина» и «Ирины» в Финляндии продолжалась четыре года и была очень плодотворной. «Консул Ярцев» накануне советско-­финской войны 1939­40 годов вел активные секретные переговоры, призванные предотвратить военный конфликт. Позднее финские политики отмечали, что «консул Ярцев» для его предотвращения сделал все возможное, и не его вина, что избежать военного конфликта не удалось. Впрочем, «зимняя война» 1939-­1940 гг. укрепила безопасность северо­-западной границы СССР, хотя было это сделано очень дорогой ценой.

В ТЫЛУ ВРАГА
После ее начала супруги вернулись в СССР. Вскоре грянула Великая Отечественная. В первые дни войны Зоя Ивановна была сотрудником Особой группы, готовившей к заброске в тыл врага разведывательные и диверсионные группы. Но вскоре мужа отправляют в Швецию, где Борис Рыбкин под прикрытием должности советника посольства СССР ведет нелегальную разведывательную деятельность. Вслед за ним в Стокгольм уезжает и супруга. Ее новая должность ­ пресс­секретарь советской дипмиссии. Воскресенская работает в тесном контакте с послом Александрой Коллонтай, выполняя огромный объем как легальной, так и нелегальной работы. Наблюдение за германо-­шведскими поставками, военным транзитом немецких грузов в Финляндию через территорию Швеции, сбор информации о положении в прилегающих странах, оккупированных Германией, активная вербовочная работа, поддержание контактов с участниками антифашистского сопротивления в ряде европейских стран ­ все это относилось к ее секретной деятельности. А в легальной сфере пресс-­секретарю Ярцевой вменялось в обязанности обеспечить нейтрализацию немецкой пропаганды в Швеции, грозившей перевести страну из нейтрального статуса в статус союзника гитлеровцев. Она сумела в кратчайшие сроки наладить выпуск «Информационного бюллетеня» на русском, шведском и английском языках, в котором события на фронтах освещались с позиции СССР. Стокгольмские газеты стали регулярно печатать сводки Совинформбюро. В арендованном посольством кинозале стали демонстрироваться советские фильмы. Такая пропаганда на многое открыла шведам глаза.
В Швеции супруги Ярцевы пробыли с 1941­-го по 1944 год. Во многом благодаря «Кину» и «Ирине» эта развитая индустриальная скандинавская страна не стала союзницей Германии, оставаясь нейтральной. Разведчики приложили также максимум усилий для налаживания контактов с влиятельными европейцами, которые смогли воздействовать на руководство Финляндии с целью прекращения боевых действий против СССР. И когда в 1944 году финны вышли из гитлеровской коалиции, заключив перемирие с нашей страной, это была победа не только советских дипломатов, но и разведчиков.
После окончания войны Бориса Рыбкина назначили начальником одного из оперативных отделов Управления внешней разведки, а Воскресенская-­Рыбкина стала заниматься привычной для нее аналитической работой в другой структуре ИНО. С февраля 1947 года полковник Рыбкин служил в отделе «ДР» (диверсионно­-разведывательном) МГБ СССР. Занимался восстановлением связей с нелегальной агентурой на Ближнем Востоке и в Восточной Европе.

ВСЁ ВЫГЛЯДЕЛО ОЧЕНЬ СТРАННО
В конце ноября 1947 года, будучи в Чехословакии, Рыбкин, создавший нелегальную резидентуру, действовавшую под прикрытием экспортно-­импортной компании по производству бижутерии с филиалами в ряде европейских и ближневосточных стран, погиб в загадочной автомобильной катастрофе. Недалеко от Праги автомобиль, в котором он ехал (в гражданской одежде и с чужим паспортом), был раздавлен танком. А спустя сутки, уже под Будапештом, самоходка смяла машину советского капитана, одетого в шинель Рыбкина и с его удостоверением в кармане... Согласитесь, все выглядит довольно странно. Тем более, что во время похорон Зоя Ивановна случайно обнаружила на шее мужа рану, похожую на входное пулевое отверстие. А вот видимых следов травм, какие человек обычно получает при столкновении автотранспорта, на теле не было.
Урну с прахом кадрового разведчика Бориса Аркадьевича Рыбкина захоронили с почестями на престижном Новодевичьем кладбище Москвы. Тайна гибели мужа не давала Воскресенской покоя, но провести собственное расследование ей строго на строго запретили.
Став вдовой в сорок лет эта обаятельная женщина замуж больше не вышла, оставаясь верной любимому. Она пережила супруга на 45 лет. В 1992 году они вновь были вместе. Ее прах захоронят в одной могиле с мужем и матерью...
Окончание следует...

Святослав АЗАРКИН