Духовный Моисей и фольклорный примитив

9 марта страна отметит двухсотый день рождения самого известного украинца - Тараса Григорьевича Шевченко. В преддверии этой даты я побывал на родине Кобзаря.

Черкасская область, Звенигородский район, село - кто бы сомневался! - Шевченково. Информативность дорог - образцовая, указатели выводят лабиринтом улочек к литературно-мемориальному комплексу Национального заповедника «Батьківщина Тараса Шевченко». В будний день, безо всяких праздников, на территории - ноль посетителей. Из административного здания появляется женщина, любезно приглашает приезжих в музей и… быстро усаживается за прилавок с сувенирами. Ее лучезарная улыбка вдохновляет на знакомство.

Могила матери Тараса Шевченко

Хата дьяка

Не встретив у посетителей интереса к довольно банальному ассортименту, но с приличными ценами (к примеру, комплект заготовки скатерти под вышивку потянет на 150-200 грн.), хозяйка разрешила посмотреть экспозицию самостоятельно. Это и к лучшему, так как на впечатления от увиденного не повлияет надоедливая заученная болтовня гида.

…В фойе развернулась выставка современного черкасского живописца. Когда-то в изобразительном искусстве господствовал соцреализм, нынче, видать, моду задает академически-пасторальная элегия: стог сена, луга изумрудные, розовощекие крестьянки.

В чем смысл существования музея? Наверное, чтобы посредством материальных артефактов воскресить дух определенной эпохи, перенести человека к отображенной атмосфере того времени, а относительно конкретного исторического героя - позволить словно прикоснуться к нему, живому. В данном музее задача решена своеобразно. Огромное собрание бытового скарба, горшков, казанов, веретен, ярмо для упряжи волов, фотографии ХІХ века с видами тогдашней Кирилловки, ткацкий станок, прекрасные вышиванки, рушники, настоящие подвенечные наряды дают прекрасное представление об особенностях сельской жизни в позапрошлом веке. Впрочем, это под силу большинству краеведческих коллекций при школьных кабинетах истории. Великий Тарас где?!

Ан нет, и о нем не забыли. Свадебный рушник его сестры. Фрагмент камня с могилы отца. Фотогалерея потомков, в том числе внучки родного брата Тараса Григорьевича с орденом Ленина на груди. Полсотни столько же близких родственников на съезде перед Первой мировой войной и на порядок шире их ряды в годы покорения целины, рядом с Хрущевым.

Рисунок Кобзаря

Музей не имеет ни настоящего автографа Шевченко, ни пусть неказистого, маленького, но авторского эскиза какой-нибудь его картины. Одни копии да новопечати. Но безоговорочно уникальная вещь таки присутствует: П.Клодт, 1861 год, Санкт-Петербург, посмертная маска Поэ­та. Увековеченное лицо молодого мужчины, только что представшего пред Всевышним.

Прогулявшись по коридорам музея, по кругу возвращаешься в фойе. Взгляд останавливается на чудном изваянии. Деревянное колесо от воза, утыканное пучками сухого разнотравья.

Камень с могилы Григория Шевченко

На то он и Национальный заповедник, чтобы охватывать могучие просторы. На лоне роскошной природы ступеньки ведут на берег болотца, что когда-то было речкой. К могиле матери Тараса. Феминистические организации частенько устраивают здесь свои ритуальные акции. Но вопрос совсем не риторический: почему бедную селянку решили похоронить вне кладбища, в камышах? Самоубийц и то предают земле возле погоста. Большинство православных священников избегают проводить на этой «могиле» поминальные службы. С другой стороны, в жизни случаются ситуации более необъяснимые, даже если история с прахом матери, упокоенным на бережке, - фикция чистейшей воды, то придумано превосходно - тысячи туристов клюют на это безо всяких подозрений.

Во дворе музея возрожден «почти в первозданном виде», как гласит табличка, родовой домик Шевченко. Настоящий сгорел в 1890 году, его заново возвели в 1989-м, но через полгода огонь уничтожил и этот новострой - почти ровесник независимости. Вопросы и здесь не дают покоя: слишком просторная усадьба как для бат­рацкой семьи. Особенно это чувствуется в сравнении с заключенной под стеклянный саркофаг хатой дьяка, у которого маленький Тарас учился грамоте. Дьяк - фигура в селе видная, но и его хижина имеет весьма убогий вид на фоне «реконструи­рованной» хаты Шевченко.

К избе дьяка от музея надо около полукилометра идти по сельской улице. Ничем не примечательный населенный пункт. Только в последние годы здесь подвели газ. В середине 90-х открыли престижный интернат для одаренных школьников. Единственный объект инфраструктуры, непосредственно не связанный с именем выдающегося односельчанина, - мелиоративный техникум.

Произведения Тараса Григорьевича по праву называются эталоном украинского языка, его же современные земляки удивляют странными названиями магазинчиков, расположившихся на главном «бульваре»: «Мини-супермаркет», «Крамниця-маркет», «Овощи-фрукты»…

Во владения заповедника также входит филиал в соседнем селе Моринцы. На полпути к нему - скульп­тура: босоногий мальчуган пасет овечку. Веяния последних лет внесли коррективы в когда-то бронзовую композицию. Неоднократно вандалы отпиливали овцу вместе с ногами, оставляя только ее копытца.

О Моринцах рассказывать нечего. Здесь можно увидеть очередную реконструкцию отцовской хаты Шевченко, послушать разглагольствования экскурсовода о могучей энергетике здешних пейзажей, полюбоваться горшками-макогонами-рушниками. Да разве в этом Шевченко?! Образ духовного Моисея разменян на дешевый фольк­лорный примитив. Именем Поэта, Художника, Вольнодумца спекулируют безбожно. Некий организатор туров настоятельно напутствовал туристов: «Обязательно посетите камень на месте дворца пана Энгельгардта, где в отрочестве прислуживал Тарас, поклонитесь могиле его любимой сестры Катерины, также советую посмотреть еще один валун с другой усадьбы Энгельгардта». Как вам это нравится? Его позиция понятна - как можно дольше морочить головы туристам, не за бесплатно конечно. Только вот зачем на государственном уровне этот балласт возводится в ранг величайшего достояния? Будто бесформенный гранит с руин усадьбы владельца холопских душ, равно как и холмик над непонятно чьими бренными останками, помогут постичь мощь шевченкового слова. О Кобзаре нужно судить только со страниц «Кобзаря», доверяясь лишь своему сердцу, поменьше слушая разных умников и тем более - Господи, избавь! - политиков.

Тарас Затульный
Фото Александра портнягина