Наступление

Кровавые дороги отступления ­ именно такими были первые месяцы военного лихолетья в истории Великой Отечественной войны. Катастрофу 1941 года до сих пор пытаются объяснить, а то и оправдать «внезапностью вражеского удара» и превосходством противника в силах и средствах. Но если на западном и северо-­западном направлениях это было действительно так, то на южном ­ поражению наших войск нет никаких оправданий.

(Продолжение. Начало в прошлом номере)
ДНЕПРОВСКИЙ БЛИЦКРИГ
Неприятель перешел к активным действиям на юге Украины лишь 2 июля 1941 года, так что ни о какой «внезапности» не может быть и речи. «Непобедимая и легендарная» оказалась не в состоянии остановить не то что Вермахт, а даже румынских союзников Гитлера, численность которых составляла две трети от наступавших вражеских войск, вооруженных устаревшей техникой, со слабой дисциплиной и подготовкой. Но несмотря на это, румыны отрезали от советского «материка» Одессу. Окруженная, она будет сопротивляться врагу 73 дня! К тому времени бесталанные генералы­буденовцы только за семь недель лета 1941 года погубили на юге Украины целый фронт ­ четверть миллиона бойцов. Для сведения: войсками Юго­Западного и Южного фронтов руководил знаменитый усатый кавалерист времен гражданской войны Семен Буденный, не понимавший со своим кавалерийским прошлым реалий современной маневренной войны.
Скорость продвижения полностью моторизированных войск врага была очень высокой. И никакая сила не смогла остановить эту армаду, стремительно продвигавшуюся интенсивным маршем все дальше и дальше вглубь территории Украины.
Если «План Барбаросса» ­ молниеносного разгрома СССР, Вермахту не удался, то блицкриг на территориях Одесской, Николаевской, Херсонской, Кировоградской и Днепропетровской областей полностью обнажил неподготовленность к войне СССР.
В «Военном дневнике» начальника Генерального штаба сухопутных войск Вермахта генерал-­полковника Франца Гальдера есть немало упоминаний, где он отмечает важную роль танковых подразделений в стремительном продвижении немецкой армии на Восток:
«6 августа. 46-­й день войны.
Совещание в штабе группы армий «Юг» в присутствии Гитлера. Фюреру были доложены успехи операций, проводимых в настоящий момент на фронте группы армий «Юг». Фюрер одобрил этот доклад. Особенно приятно ему было услышать об успешном наступлении танковой группы на Кривой Рог, так как в этом районе, как он ожидает, имеются исключительно ценные залежи высокосортных железных руд и большая металлургическая база.
8 августа. 48-­й день войны.
Группа армий «Юг» перед фронтом 17­-й армии, окруженный противник ликвидирован. По предварительным подсчетам, в плен захвачено свыше 100 тыс. человек, убито свыше 200 тыс. человек. Разгромлено до 16 пехотных и 6 танковых дивизий противника. Главные силы 1­й танковой группы находятся у Кривого Рога и в районе Кременчуга, а также значительной частью ­ вдоль Буга.
12 августа. 52­-й день войны.
Обсуждение проекта директивы группе армий «Юг» о продолжении операции. Главный пункт директивы: 1-­я танковая группа должна пока придержать все свои силы... Следует захватить Кривой Рог и очистить от войск противника излучину Днепра.
14 августа. 54­-й день войны.
Обстановка на фронте: успехи нашего наступления на фронте группы армий «Юг» приведут к тому, что у Николаева будут отрезаны 2­3 дивизии противника. Войска 1-­й танковой группы (14-­й моторизованный корпус) вышли на ближние подступы к Кривому Рогу.
15 августа. 55­-й день войны.
Обстановка на фронте вечером: у Кривого Рога перехвачена вновь сформированная дивизия противника».
Интересно, что в журнале боевых действий войск Южного фронта за этот период повсеместно говорится об оборонительных боях в окрестностях Кривого Рога, которые вела Красная армия с передовыми частями противника. А вот в августовских сводках Советского Информбюро о них не сказано ни слова. Да и то, что наш город был захвачен немецкими войсками, страна узнала только вечером 17 августа: «После упорных боев наши войска оставили города Николаев и Кривой Рог. Николаевские верфи взорваны...».
На самом же деле фронтальное вытеснение советских войск с этих территорий произошло двумя-­тремя днями раньше без так называемых «упорных боев» (судоверфи не взрывали ­ на них находилось много строящихся военных кораблей и судов, в том числе подводные лодки), да и города не защищали, так как обороняющие эти населенные пунк­ты воинские подразделения из­за просчетов командования находились в полуокружении или окружении. Немцы просто обходили фланги обороны и направлялись в тыл. К примеру, 14 августа 223­-я стрелковая дивизия, по выпискам из журнала боевых действий войск Южного фронта, еще вела бой в районе Веселых Тернов, а к тому времени противник уже достиг Кривого Рога и захватил его.
В ночь с 13 на 14 августа начальник Криворожского гарнизона полковник М. Кудрявцев по телефону сообщил директору металлургического завода Ф. Рязанову, что наши части оставляют город и движутся в направлении Никополя. На рассвете руководитель предприятия хотел лично убедиться отправлен ли на Урал эшелон с паропутевыми подъемными кранами и негабаритным оборудованием блюминга? Но до станции «Долгинцево» он не доехал ­ железнодорожный узел был уже в руках врага.
О том, что сопротивление практически не оказывалось, свидетельствует и днепровский блицкриг. На территорию Днепропет­ровской области немецкие войска вошли 12 августа, захватив станцию «Верховцево». 13 августа враг уже хозяйничал в Желтых Водах, 14­-го ­ в Пятихатках, Кривом Роге, Софиевке. С 16 по 18 августа были захвачены Апостолово, Кринички, Никополь, Марганец, Соленое, Томаковка, Широкое, Щорск. 22 августа 1941 г. немецкими войсками был занят город Днепродзержинск. Спустя три дня враг сумел овладеть всем правобережным районом Днепропетровска.
С середины сентября немецкие подразделения начали продвижение по Левобережью Днепропетровской области. В течение последней недели первого месяца осени были захвачены: Царичанка, Петриковка, Новомосковск, Перещепино. За две декады октября советские войска оставили Синельниково, Чаплино, Павлоград, Петропавловку, Межевую, Васильковку. К концу октября Днепропетровщина была полностью оккупирована фашистами...

ПРОТИВ ТАНКОВ... ДОМЕННЫЙ ШЛАК
Почему немцам удался днепровский блицкриг? Ответ однозначен: не хватало оружия и боеприпасов. Дошло до того, что бойцы резервных дивизий и вновь формируемых частей просто отнимали винтовки и пулеметы у устремившихся на восток к Днеп­ру красноармейцев и краснофлотцев после того, как армии Южного фронта были окружены у Николаева и Одессы. Также выяснилось, что оборудованные батальонные оборонительные районы и эскарпы (противотанковые препятствия, устроенные в виде отвесной стенки на скате, на склоне высоты, обращенной к противнику) по берегам рек Буг, Ингул, Ингулец из-­за нехватки артиллерии, пулеметов, противотанковых мин, колючей проволоки, средств связи не могли использоваться на многих участках фронта должным образом.
В августе в ходе наступательной немецкой операции на Кривой Рог произошло буквально следующее. Правда это или вымысел, но один находчивый командир стрелковой роты остановил немецкую танковую колонну из восьми машин без единого выстрела. Перед подразделением, которым он командовал, поставили задачу сдерживать приближающиеся к городу немецкие танки любой ценой. В качестве «сдерживающего фактора» бойцам подвезли полуторку противотанковых гранат РПГ­40. Такое огромное их количество недвусмысленно давало понять, что танков будет много, а бойцам осталось жить совсем ничего. Таким оружием стальные машины не остановишь. Недаром красноармейцы называли их «Прощай, Родина». При ударе гранаты о броню оставалась лишь небольшая вмятина. Боец, бросавший в цель связку гранат с близкого расстояния, подвергал себя смертельной опасности.
Командир роты, осмотрев место предполагаемого танкового прорыва, ошарашил подчиненных словами: «К нам гости из Германии пожаловали, а у нас дорога такая разбитая. Надо ее подлатать...». Красноармейцы удивленно переглянулись: «Свихнулся что ли командир от страха?». Однако тот отдал команду вытряхнуть все из вещмешков и повел роту к кучам с отходами производства металлургического завода. Это были отвалы с отходами, оставшимися после выплавки чугуна в домнах ­ шлаками высоких прочностных характеристик. Вот ими и посыпали почти два километра дороги, уделив особое внимание тому месту, что в горочку вела. «Вот теперь не скользко будет», -­ приговаривал комроты.
Ближе к утру уставшие бойцы окопались и разобрали гранаты. Впрочем, они им не понадобились. Едва бронетехника въехала на «благоустроенную» дорогу, она стала выходить из строя. Никакие пальцы гусениц не выдерживали воздействия скрапа (застывших остатков чугуна). А с разорванной гусеницей танк беспомощен. К тому же немцы угробили и танк­-эвакуатор ­ бронированный тягач для эвакуации поврежденной техники с поля боя. Танковая атака захлебнулась, так и не успев начаться (немецкие автоматчики продвигались вперед только под прикрытием танков). Так инженерные знания командира роты (до войны он занимался холодной обработкой металлов, и многое знал о воздействии на них абразивов) позволили без потерь личного состава выполнить поставленную задачу.
Вот только до оккупации Кривого Рога фашистскими войсками 14-­го моторизованного армейского корпуса 1-­й танковой группы, в составе которой были моторизованная дивизия СС «Викинг», 9­-я и 16-­я танковые дивизии, оставались считанные дни. Горькая участь постигнет две наши стрелковые дивизии ­ 254-­ю и 223-­ю. Первую немцы перехватят в районе Кривого Рога на следующий день после его взятия, вторую, оборонявшую северные подступы к городу ­ полностью уничтожат. А впереди были 923 горьких дня немецкой оккупации Кривого Рога. И почти три года и девять месяцев до победного мая 45-­го.
Продолжение следует.

Святослав АЗАРКИН