Сороковые роковые, грозные, пороховые...

Благодаря своему географическому положению, природным богатствам, экономическому потенциалу, Кривому Рогу, как и большинству других промышленных центров страны, было суждено сыграть одну из ключевых ролей в истории Великой Отечественной.

ВСПОМИНАЯ ИЮНЬ 41-ГО
К началу войны Кривой Рог представлял собой не только крупный промышленный, но и большой культурный центр с населением около 200 тысяч человек. На Криворожье добывалось почти две трети железной руды. До нападения Германии на СССР добычу металлургического сырья на сорока шахтах бассейна вели три треста - «Дзержинскруда», «Октябрьруда» и «Ленинруда». Вот скупые цифры статис­тики: в 1940 году на-гора было выдано почти 1,8 млн тонн железной руды, что составило 63,2% общесоюзной ее добычи.
На домнах крупнейшего в стране металлургического завода выплавлено 928 тысяч тонн чугуна, а коксохимики произвели без малого миллион тонн кокса. В целом валовая стоимость промышленной продукции, произведенной на предприятиях города, составила более трети миллиарда рублей. Вот каким лакомым кусочком был индустриальный Кривбасс для тех, кто уже разработал планы вероломного нападения на Советский Союз.
Вот только вероломного ли? А как же быть с самой известной предвоенной оборонной песней из одноименного кинофильма «Если завтра война», написанной за три года до ее начала: «...И на вражьей земле мы врага разгромим малой кровью, могучим ударом...»?
Внезапное нападение - один из великих мифов Великой Отечественной. С ее начала прошло почти 76 лет. Все меньше и меньше становится тех, кто воевал, как и тех, кто помнит самый страшный день 1941-го. Сегодня их называют «дети войны». Естественно, их воспоминания не могут быть изложены как единое целое в силу нынешнего преклонного возраста очевидцев тех событий. И все же «картинки» из детской памяти, найденные в моем журналистском архиве, помогут нам мысленно представить Кривой Рог в первые дни последней декады июня 1941 года.

ПАМЯТЬ ЗА СОБОЮ ПОЗОВИ
Последний мирный день перед началом Великой Отечественной войны - 21 июня. Это была суббота. От обычного летнего дня ее отличало разве что проведение в средних школах-десятилетках выпускных вечеров. Пары счастливых юношей и девушек, приехавших со всех концов города, буквально наводнили старую часть города. Все несли цветы, радовались, смеялись... Ведь впереди у них была самая важная в жизни ночь - прощания со школой. Выпускники традиционно встречали восход солнца в парке имени газеты «Правда». А пока, до наступления темноты, молодежь толпилась у касс кинотеатра им. Ленина, чтобы посмотреть чрезвычайно популярную музыкальную комедию с Валентиной Серовой в роли работницы сибирского зверосовхоза Кати Ивановой, которая едет в Москву искать управу на директора-бюрократа...
У стадиона группки болельщиков обсуждали перипетии, как оказалось, последнего, довоенного футбольного сезона. 15 июня - за неделю до начала Великой Отечественной войны, звание сильнейшей команды Кривого Рога в финальном поединке завоевала «Сталь», обыгравшая «Спартак». На спортивных площадках соревновались волейболисты и баскетболисты. Было немало желающих поиграть в теннис. К услугам отдыхающих работал тир.
Звуки вальса зазывали влюбленных на танцплощадку. А самые «идейные» собрались на летней эстраде послушать лекцию на волнующую тематику (о международном положении) заезжего лектора-просветителя, всячески отрицавшего приближение войны, хотя до ее начала оставались считанные часы. Участники гуляний, спокойно проводя субботний вечер, не могли и представить, что завтра их жизнь разделится на «до войны и после»...
Когда на границе Польши и СССР в смертельной схватке (как на поверку оказалось - долгой) сошлись две армии - Вермахта и Красной, город еще спал. 22 июня раньше обычного был произведен подъем личного состава воинских подразделений, дислоцированных в Кривом Роге, и объявлен общий сбор сотрудников городской милиции. Утро обещало быть солнечным, но на душе у каждого - тревога. И вот сообщение: «Германия напала на Советский Союз. На рассвете вражеская авиация уже бомбила Киев, Коростень, другие украинские города...»
Грозное слово «война» разом оборвало мирную жизнь криворожан. Вчерашняя радость сменилась настороженностью и тревогой. Будущий криворожский писатель и фронтовик Давид Кан, кстати, выпускник 1941 года (учился в СШ №20), нередко вспоминал день начала войны: «Едва я успел немножко поспать после встречи восхода солнца на берегу Ингульца, как к нам в дом, а жили мы в исторической части города в переулке Луначарского, постучали соседи: «Включите радио, сейчас будет говорить Молотов. Кажется, о войне с немцами». Быстро собравшись, я побежал к школе, где уже собралась вся молодежь. Все мы - комсомольцы и не комсомольцы, приняли решение о признании себя мобилизованными партией и правительством. Ребята - на фронт, девушки на курсы медсестер...»
Вере Александровне Кушнир 22 июня 1941 года едва исполнилось девять лет. «Я помню начало войны как что-то радостное. Взрослые были уверены, что уже завтра враг будет разбит. А задача детворы - «поймать» Гитлера. Мальчишки распустили слух, что он скрывается в городском парке. Хотя мы и были маленькими, но в этом возрасте из кинохроники «Если завтра война...» уже знали, кто такой Гитлер и его приметы. Невысокого роста человек с усами и челкой виделся нам под каждым кустом. Гитлера мы так и не «изловили», а вот годы военного лихолетья из моей памяти никогда не сотрутся. Трудно было, голодно и страшно. Эвакуироваться из города мы не успели. Уж слишком быстро враг захватил Кривой Рог...»

ВСЕ НА РАЗГРОМ ВРАГА
Все воскресенье на криворожских улицах из репродукторов раздавалось молотовское радиообращение к народу: «Наше дело правое. Враг будет разбит! Победа будет за нами!». Повсеместно звучали слова: «призыв», «на фронт», «добровольцы», которые заглушали женские причитания... На протяжении первых двух дней после начала войны в трудовых коллективах Кривбасса состоялось почти триста митингов. Началась подготовка к переводу экономики Кривбасса с мирных рельсов на военные. Лозунг: «Все для фронта, все для Победы!» был главенствующим на шахтах и заводах. Рабочий день стал ненормированным. Выходные отменили.
На третий день войны на территории Днеп­ропетровской области было объявлено военное положение. Это означало, что все функции органов государственной власти передавались военному командованию. Была объявлена мобилизация военнообязанных запаса, которые направлялись в подразделения действующей армии. Предположительно до того, как город захватили немцы, «под ружье» стали около 9000 наших земляков 1905-1918 годов рождения. К слову, вторая волна мобилизации была объявлена 10 августа, когда угроза оккупации нависла над жителями населенных пунктов близлежащих к Кривому Рогу соседних областей - Кировоградской и Николаевской. Гимнастерки примеряли те, кто родился в промежутке с 1890 года по 1923-й.
Кстати, почти 18 тысяч криворожан-патриотов, в том числе и женщины, добровольно пополнили ряды полков народного ополчения, так как Красная армия несла большие потери. По сведениям криворожского историка Александра Мельника, из числа местных жителей были сформированы три стрелковые дивизии и пять полевых госпиталей. И это лишь часть новообразованных воинских подразделений.
А еще были созданы истребительные батальоны общей численностью более четырех тысяч человек. На бойцов возлагалась задача охранять промышленные объекты и поддерживать порядок на них, а также бороться с парашютными десантами и диверсантами в прифронтовой полосе. На первых порах попасть в «истребки» было нелегко. Кандидаты в такие воинские формирования отбирались из числа партийного и комсомольского активов. Кому доверить трофейное оружие (немецкое или польское), решал лично начальник городского отдела НКВД. О том, каким было состояние боевой подготовки, судите сами. Командиром батальона назначили заместителя председателя горисполкома, а комиссаром - начальника планового отдела треста столовых. В силу разных причин, после истечения двух недель после создания ИБ, их ряды поредели наполовину.
Без дела в ту пору никто из горожан не сидел. Население в обязательном порядке участвовало в создании укрытий на случай бомбежки. Школьники помогали колхозникам как можно быстрее собрать урожай, выращенный в колхозах Криворожского района.
За две недели до прихода немцев в городе началась борьба со всякого рода внутренними врагами. В такую категорию попали «социально-опасные» личности, лица немецкой национальности, как «неблагонадежный элемент», распространители разного толка слухов, паникеры и спекулянты. Появление последних удивления не вызывает. Как только было объявлено о начале войны, жители города спешно бросились в сберкассы забирать свои сбережения. Охваченные страхом перед самой ближайшей неопределенной перспективой своего дальнейшего существования, наиболее предусмотрительные криворожане штурмовали продмаги, пытаясь создать «стратегические запасы». Чтобы сбить «продовольственный» ажиотаж и волну спекуляции, уже 28 июня были определены нормы отпуска населению продовольственных и промышленных товаров. Специальным постановлением правительства за продажу хлеба по завышенным ценам ввели уголовную ответственность.

«ЗАПАХ» ВОЙНЫ
В конце первой декады июля в Кривом Роге «запахло» войной. Через город из южных областей потянулись толпы беженцев, что свидетельствовало о приближении фронта. А еще с 9 июля начались регулярные налеты немецкой авиации. Объектами для бомбометания стали цеха заводов металлургического и «Коммунист», железнодорожные мосты и подъездные пути к станциям «Долгинцево» и «Червоная».
В это же время был дан старт выборочной эвакуации. Вот только просто так уехать из города было нельзя. На руках необходимо было иметь справку-разрешение райисполкома. Предпочтение при их выдаче отдавалось членам семей руководителей и специалистов предприятий, преподавателей, научных работников, красноармейцев, что вызывало справедливое возмущение простых людей.
Надежда, что город не сдадут врагу, витала в умах руководителей области и города до середины августа. Поэтому за Урал (в Нижний Тагил и Магнитогорск) вывезти удалось не все промышленное оборудование. Многое пришлось взорвать или вывести из строя. В этом списке: копры и надстройки ряда шахт, три домны металлургического завода, паровой котел КРЭС... Да и к тому же, в последние дни перед эвакуацией городской штаб обороны больше был обеспокоен подбором кандидатур для «работы» в тылу противника. Как вы уже догадались, речь идет о партизанских отрядах, подпольных организациях и группах.
Как ни печально осознавать, но не смогли сдержать натиск противника и комплексные оборонительные сооружения (с противотанковыми рвами, дотами, окопами, командными пунктами, узлами связи), построенные руками десятков тысяч криворожан в июле-августе на подступах к Кривому Рогу. Масштабы выполненных фортификационных работ грандиозны. Первая линия обороны растянулась в длину более чем на 170 км по течению реки Ингулец и далее от Желтых Вод до Днепра. Вторую - методом «народной стройки» возвели от села Широкое до Херсона.
Вот только после «Уманского котла», где были уничтожены 6-я и 12-я армии Юго-Западного фронта (в плен попало около 100 тысяч красноармейцев, в числе которых были и два командующих армиями, четыре командира корпусов, одиннадцать комдивов), воевать было практически некому, да и нечем. Особенно осложнилась обстановка к десятым числам августа. Остатки войск Южного фронта, сражавшихся в районе Одессы и севернее города, были почти окружены - от них остались лишь разрозненные неуправляемые группы. Затем 1-я танковая армия под командованием генерал-полковника Эвальда фон Клейста быстрым маршем пересекла Кровоградскую и Николаевскую области... 14 августа - на 54-й день войны и 44-й боев на Юге Украины, Кривой Рог без боя был сдан немцам. Но это уже другая история.
Продолжение читайте в следующем номере.

Святослав АЗАРКИН