Защитите меня от мамы

По мнению специалистов, количество случаев физического и психологического насилия матерей над детьми в неполных семьях в последнее время увеличилось. Причин тому множество: бедность, безработица, бесперспективность, наркомания, пьянство, отсутствие социальной поддержки, личная неустроенность... Бывает и так, что, столкнувшись с определёнными трудностями, у вполне благо­получных матерей происходит нарушение психики, и тогда без вмешательства медиков оказать помощь таким семьям невозможно.

Защитить, а если потребуется, и спасти ребенка призваны службы по делам детей, которые созданы при исполкомах во всех районах города. Светлана Рассомаха, инспектор службы по делам детей исполкома Центрально­-Городского в городе совета, рассказала «Пульсу», с какими семьями ей и ее коллегам приходится работать.

ИСТОРИЯ СО СЧАСТЛИВЫМ КОНЦОМ
Как отметила Светлана Анзоровна, если удается защитить ребенка, качественно изменить его жизнь в лучшую сторону и при этом не разлучать с матерью ­ это счастье и самое благоприятное для всех решение вопроса. Так произошло с 44­-летней Татьяной и ее 5­летним сыном Сашей.
Женщина проживает в благо­устроенной квартире на одной из центральных улиц города. До недавнего времени занимала руководящую должность, одна воспитывала сына.
Летом прошлого года Татьяна стала проявлять агрессию по отношению к соседям, устраивать скандалы по пустякам, совершать странные поступки. Могла, к примеру, катать ребенка на санках по лестничной площадке. Сашу от себя не отпускала ни на шаг, перестала водить его в детский сад.
­ О том что мать забрала ребенка из садика и ее поведение стало неадекватным, нам сообщили сотрудники детского сада, ­ рассказывает Светлана Анзоровна. ­ Взять на учет Татьяну не было оснований ­ она не алкоголичка, сына по­своему любит. Поэтому постоянно проводили с ней беседы. Но было видно, что у нее расстроена психика и нужно что­то делать.
В июле прошлого года у Татьяны произошел срыв. Она открыла газовые конфорки, закрылась вместе с сыном в своей квартире и угрожала взорвать дом. Испуганные соседи вызвали полицию, сообщили в службу по делам детей.
­ Это реально было страшно, ­ вспоминает собеседница. ­ Чтобы попасть в квартиру, пришлось взламывать двери. Ребенок был в шоковом состоянии, мать кричала, металась по квартире, уничтожила все документы, разговаривать с ней было бесполезно. Поэтому вызвали бригаду санитаров, женщину определили на лечение в ПНД. До этого она себя больной не считала и категорически отказывалась посетить врача. Пока Татьяну лечили, Саша находился в Центре реабилитации. К счастью, лечение прошло успешно, женщина вернулась к нормальной жизни, забрала ребенка, водит его в садик. Мы держим семью на конт­роле, сейчас мать занята поисками работы.
Но, к сожалению, история со счастливым концом, скорее, исключение, чем правило.

ЧУТЬ НЕ УБИЛА СЫНА
В январе этого года в службу по делам детей позвонили из школы и сообщили, что один из учеников младшего класса пришел на занятия избитым. У девятилетнего Дениса были гематомы на лице и огромная шишка на голове. По словам ребенка, когда он делал уроки, мать ударила его ногой по голове.
­ Мы когда узнали об этом, с участковым отправились к ним домой, ­ говорит Светлана Рассомаха. ­ Маме мальчика Валентине 36 лет. Одна воспитывает единственного сына, живет в частном доме. После развода с мужем у нее стали проявляться психические расстройства, потеряла престижную работу. В последнее время Валентина ни с кем не общалась, даже со своей матерью, сына держала взаперти, разрешала ходить только в школу. Женщина не готовила еду и не убирала дома. Мало того, она систематически избивала Дениса, вымещала на нем свою злобу.
Уговорить Валентину открыть двери сотрудникам из службы по делам детей удалось с большим трудом. Она всех ругала и вела себя крайне агрессивно. Пришлось вызывать наряд полиции, при помощи которого ее все же удалось утихомирить.
­ Никогда не видела, чтобы женщина ногами избила четверых крепких полицейских, у нее сила появилась какая­то невероятная. Как у зверя. Разумеется, оставлять ребенка с матерью в таком состоянии было опасно, ­ вспоминает Светлана Анзоровна. ­ Дениса забрал дедушка по отцовской линии, он и сейчас живет у него. Видно, что мальчика любят и заботятся о нем. Валентину удалось определить на лечение в ПНД. Теперь она агрессию не проявляет, но появилась какая­то неиск­ренность, театральность. Так что отдавать ребенка ей пока не спешим. Честно говоря, она и сама не настаивает на возвращении сына.

ПРЕВРАТИЛА СЫНА В МАУГЛИ
Материнская любовь, если так можно назвать это чувство применительно к некоторым женщинам, на самом деле может быть убийственной и разрушительной для ребенка. Причем в прямом смысле. И чтобы спасти ребенка, его необходимо у матери отобрать. Именно так и поступили с 43-­летней Мариной и ее восьмилетним сыном Романом.
­ Мы три года держим эту семью на контроле. Мать­одиночка болезненно любит своего сына, но это, скорее, похоже на сумасшествие. Она полностью оградила его от общения с родственниками и сверстниками. Семья проживает в частном доме, электроэнергию давно отключили за долги, антисанитария полная. Марина очень агрессивно настроена к окружающим, ­ рассказывает Светлана Рассомаха. ­ У нее реальность переплетается с вымыслом, во всем видит опасность для сына. Из-­за агрессивности женщина не может найти работу, хотя одно время работала поваром в детском саду.
Года два назад Марину убедили оформить Рому в садик. Она приводила ребенка и целый день сидела под дверью здания, потом устроила скандал и забрала его. Осенью мальчика оформила в школу и снова сидела под дверью класса, приставала к детям и учителям, пока не устроила скандал и не перестала водить его на занятия.
­ В прошлом году Роме исполнилось семь лет, а мать не намерена была водить его в школу и заперла в доме. Мальчик был педагогически запущен, забит, плохо разговаривал, голодал. Возникла прямая угроза его психическому и физическому развитию. Он стал как Маугли, диким, ­ комментирует инспектор службы по делам детей исполкома Центрально­-Городского в городе совета. ­ Выход был один: договорились с ПНД, чтобы вместе с нами Марину на дому посетил и врач­психиатр. Попали к ней домой после длительных переговоров, а после общения с пациенткой доктор вызвал бригаду санитаров. Мы очень за Рому переживали, она схватила его за руку и прикрывалась им. С огромным трудом мать удалось оторвать от сына, полчаса санитары боролись с ней, чтобы занести в машину «скорой».
Рому сразу же определили в Центр реабилитации. Он до сих пор там. С ребенком работали психологи, он научился разговаривать предложениями, а не отдельными словами, без проблем общается с людьми. Сейчас ребенок развивается в соответствии с возрастом. А вот Марина и после лечения ведет себя агрессивно, поэтому в суде решается воп­рос об отобрании у нее ребенка на год. Если за это время ее поведение и условия жизни не изменятся в лучшую сторону, женщину лишат родительских прав, а Рома будет определен в приемную семью.

НЕНУЖНЫЙ РЕБЁНОК
Лишение родительских прав ­ самая крайняя мера, ее применяют в тех случаях, когда в жизни взрослых людей, затуманенных алкоголем или наркотиками, не остается места для детей. В прошлом году только службой по делам детей Цент­рально­Городского района 19 горе­родителей были лишены родительских прав, 22 ребенка будут воспитываться в приемных семьях. Один из них ­ семилетний Игорь.
Его мать, 29­летняя Светлана, привыкла жить весело. Пока о мальчике заботилась бабушка, женщина устраивала свою личную жизнь сразу с двумя мужчинами ­ биологическим отцом Игоря и 50­летним собутыльником, периодически проживая то с одним, то с другим. И оба ее принимали безоговорочно. После смерти бабушки мальчик оказался никому не нужен ­ ни матери, ни отцу.
В поисках спиртного Светлана час­то забывала о сыне, ребенок оставался сутками голодным один в пустом холодном доме.
­ В доме пропили все, что было: ни мебели, ни вещей. На полу лежал грязный матрас и несколько засаленных игрушек. В такой обстановке пребывал ребенок, когда мы приехали его забирать. Светлану мало беспокоило, есть ли еда у сына, главное, чтобы было ей за что выпить. Мальчик не раз убегал из дома через окно, выбивая стекла, ­ рассказывает Светлана Рассомаха. ­ Женщина в пьяном угаре становилась очень агрессивной, избивала всех подряд, в том числе и своих сожителей. Доходило до того, что ей вызывали бригаду санитаров, она проходила лечение в ПНД.
Уже год Игорь находится в реабилитационном центре. Он окреп и подрос, научился разговаривать, появились друзья. Ребенок живет полноценной жизнью, но рядом с ним нет родных людей. За все время Светлана ни разу не поинтересовалась, как сын, не пришла его проведать. Суд лишил женщину родительских прав, но, пожалуй, это ее совсем не волнует. Как и дальнейшая судьба мальчика, которого будут воспитывать приемные родители.

ЖЕРТВЫ НАСИЛИЯ
В особых случаях вопрос о лишении родительских прав рассматривается по отношению к обоим родителям и их нескольким детям. К примеру, в настоящее время своих прав сразу на троих детей (12-­ти, 7-­ми и 4-­х лет) могут лишиться Михаил и Нина.
Нине ­ 32 года, Михаилу ­ 41. Нигде не работают, не женаты, пьют «горькую». В пьяном угаре Михаил на глазах детей избивает их мать до полусмерти.
­ Дети жили в постоянном страхе, голодали, в доме ­ антисанитария. Родители копали по полям металл и детей с собой водили, даже маленьких. Отец, когда выпьет, превращается в зверя. Он Нину избивает жестоко, изощренно, а она его боится и не подает заявление в полицию, ­ рассказывает Светлана Анзоровна. ­ И уйти Нине некуда, ее мать ­ алкоголичка со стажем. Мы приложили немало усилий, чтобы спасти детей. Убеждали родителей, что временно поместим ребят в Центр реабилитации, чтобы они могли там пожить в нормальных условиях. С огромным трудом отца убедили, сейчас жизнь детей вне опасности. Но их папа и мама пить не перестали, драки не прекратились, поэтому возвращать детей им опасно. Решение о лишении родительских прав этой пары поддержала прокуратура, надеемся, и суд вынесет решение в пользу детей.

Кристина МАРГИНА