Поэт неба

Судьбу криворожского дельтапланериста Юрия Ващенко во многом предопределила дата рождения - 12 апреля 1961 года. И совершенно естественно, что родители назвали сына в честь первого космонавта Юрия Гагарина.

То, что ездит, интересует меньше

В том, что Юрий Григорьевич избрал для себя профессию, связанную с авиацией, ничего удивительного нет. Еще бы! Ведь родители назвали сына в честь космического первопроходца. Да еще и послали в Москву знаменитому тезке такую телеграмму: «В честь Вашего беспримерного полета назвали своего первенца Юрием. Надеемся, что он вырастет таким же как Вы!» На удивление, письмо из украинской провинции не затерялось среди сотен тысяч подобных посланий. Юриным родителям ответили приветственной телеграммой. Это действительно была судьба. Впрочем, быть может, он уже родился крылатым?

В детстве, как и подавляющее большинство ровесников, Юра мечтал о профессии космонавта или летчика. В 12-летнем возрасте мальчишка прочел воспоминания трижды Героя Советского Союза, легендарного Ивана Кожедуба - самого результативного советского летчика времен Великой Отечественной войны. Знакомство с этими мемуарами утроило огромный интерес ко всему, что связано с авиацией.

- У меня намного больший интерес к тому, что летает, чем к тому, что ездит, - отмечает Юрий Ващенко.- Я плохо разбираюсь в марках автомобилей, но могу долго рассказывать, чем отличается «Мессершмитт 109-Е» от «Мессершмитта 109-F».

После школы Юрий поступил в Криворожское авиаучилище, по окончании которого получил специальность «Техник по эксплуатации авиаприборов и электрооборудования самолетов». Но ведь это профессия наземного обслуживающего персонала. А как же мечта о полетах?

- Я не стал поступать в летное, потому что в военкомате у меня обнаружили какие-то проблемы с давлением, - вспоминает собеседник. - Впоследствии это оказалось всего лишь возрастными изменениями организма. Но мечту о небе я не оставил.

Пришло время, когда любо­знательному авиатехнику захотелось самому собрать самолет.

- Это был самодельный биплан с двигателем от мотоцикла «ИЖ Планета-Спорт», - рассказывает собеседник. - Увы, мы попались в типичную ловушку для большинства конструкторов. В свое время ее не избежали ни Туполев, ни Яковлев. Делаешь самолет, а он выходит тяжелее, а мощность, наоборот, меньше, чем предполагал. Соответственно, нужен новый мотор, а это еще больший вес! Больший вес - меняется центровка, и все надо начинать с нуля.

Чкаловым быть не собираюсь

Мечта о собственных полетах осуществилась в год распада СССР, когда Юрий возглавил криворожский авиамодельный кружок. В мае 1991-го он поехал в Коктебель учиться на летчика-дельтапланериста.

- Сначала я научился управлять моторным дельтапланом, а потом уже безмоторным, - рассказывает летчик. - Это как бы я сначала освоил мотоцикл, а после пересел на велосипед. Конечно, в небе всякое случается. Вот однажды пошел на взлет и на высоте 50 метров услышал резкий хлопок, после самолет затрясся, как в лихорадке. Такое ощущение, что на огромной скорости по брусчатке несешься. Пытаюсь убрать обороты - не получается. Что такое? Постепенно сажусь, качусь к земле. Слава Богу, сел. Тумблер двигателя отключил и - полная тишина. Только кузнечики в траве трещат и жаворонки в небе о чем-то тревожатся. Вышел, осматриваю аппарат. Оказалось, что механик неправильно закрепил карбюратор, и его сорвало с креплений и намотало на винт. От винта только лохмотья остались… Я тогда снял каску, кинул ее о землю и в сердцах обратился к встречавшим меня товарищам: «Да вы что, ребята, Чкалова из меня сделать хотите?!

Отметим, что Юрий Ващенко никогда и не мечтал походить на великого летчика. У каждого свой путь. Кстати, по мнению Юрия Григорьевича, современный кинематограф существенно переврал образ соавтора рекордного перелёта из СССР в США. На самом деле, считает наш земляк, Чкалов вовсе не был небесным авантюристом, а руководствовался исключительно трезвым расчетом, хотя, конечно, и был гениальным летчиком. И так же как он, криворожский дельтапланерист не приемлет воздушного лихачества, полагая, что экстремал - это тот, кто сам создает себе проблемы. Ну а реальной опасности и так хватает.

В небе ищу самого себя

Насколько дельтапланерист совершенно управляет своим летательным аппаратом? Может ли и в самом деле посоперничать с птицами? По мнению собеседника, такое соперничество окажется не в пользу пилота.

- Однажды я летел из Сергеевки на Девладово, - вспоминает Юрий Ващенко. - Вижу как впереди, чуть ниже, две ласточки летят. Серьезно так летят. Мышцы работают мощно и размеренно. Постепенно нагоняю птиц, а они вдруг закладывают такой крутой вираж, что никакому летчику не снилось, и мгновенно исчезают из поля зрения. Был, правда, не со мной, такой случай, когда самолет атаковал… орел. Это случилось на первенстве Советского Союза с заместителем начальника клуба Александром Кузнецовым. Его машину яростно атаковал пернатый хищник, видимо, приняв ее за соперника. Воздушный агрессор дважды ударил в то место, где, по его мнению, должна была находиться голова. Хорошо, что все обошлось.

Впрочем, главное в полете на дельтаплане - вовсе не бешеные скорости и головокружительные трюки. Главное - окрыляющее чувство новизны, переполняющее душу летчика.

- Лично я поднимаюсь в воздух в поисках самого себя, - констатирует дельтапланерист. - Мне это необходимо. Нет двух одинаковых полетов. Каждый летит в своем небе. Ну а я летаю на небольших скоростях - 60-100 км/час, и высота - не больше двухсот метров. Выше - неинтересно. Мотор работает. Ветер одежду треплет, но и толку. Ничего не происходит. «Картинка» под тобой застыла. И, конечно, в каждом полете самое важное, как писал Экзюпери, в нужный момент вернуться на землю. В воздухе ты что-то видел, что-то наблюдал, что-то понял и, вернувшись на землю, становишься старше на один полет.

Александр РАЗУМНЫЙ