БЛОК №4, или Подводные камни «живой» субсидии

 Как часто вы внимательно вчитываетесь в договоры с различными организациями, которые готовы предоставить вам услугу, особенно, если текста много и он написан таким шрифтом, что без лупы его не разобрать? В большинстве случаев люди лишь пробегают глазами начало документа и подписывают его. А потом, уже дома, если появится такое желание, более внимательно читают. И недоумевают. Ведь в договорах зачастую написано совсем не то, что они ожидали прочесть.
 

 В этом году, как всем нам известно, правительство решило всем тем, кто получает субсидию, выдавать ее «живыми» деньгами. Работающим субсидиантам, студентам и некоторым другим категориям граждан денежную компенсацию на оплату коммунальных услуг можно получить через единственное финансовое учреждение ­- государственный «Ощадбанк». Для этого, если в данном банке у вас нет текущего счета, необходимо было туда подойти лично и оформить договор. Взамен вы получаете расчетный счет, куда государство будет перечислять средства, и карточку, по которой вы сможете снять их в банкомате. В ином случае денег вам не видать как своих ушей.
 В марте­-апреле получатели субсидий ринулись в отделения «Ощадбанка». Очереди там собирались немалые, а так как оформляли карточки в основной массе работающие субсидианты, многие из них даже были вынуждены брать отгулы на предприятии, чтобы решить этот финансовый вопрос.
 Одним из таких был Сергей Коробий, который 7 марта в отделении банка, что по улице Каштановой, открыл счет для субсидийных денег.
 - В тот день в банке было не очень много людей,- ­ вспоминает Сергей Павлович. ­- Я пришел к восьми часам утра и по очереди был восьмым. Но несмотря на то, что передо мной, казалось бы, стояло всего семь человек, к оператору я попал только спустя восемь часов, ведь на каждого клиента у нее уходило около часа времени и больше, плюс подходили люди без очереди, те, кто был раньше. Поэтому, когда подошла моя очередь и мне дали подписать заявление­присоединение к договору комплексного банковского обслуживания физлиц и открытия текущего счета с использованием платежной карточки, я подмахнул его, почти не глядя. Я очень устал, время близилось к 16.00, за мной в очереди тоже стояли люди, которые бо­ялись не успеть попасть на прием до закрытия банка. Я вам так скажу: даже если бы мне в тот момент дали подписать документ, что я отношусь к семейству парнокопытных, я бы и его подписал. Меня обслуживала Светлана Чебоненко, заведующая этим отделением.
Прочесть заявление после того, как Коробий вышел из банка, он не смог. Потому что документ был напечатан настолько мелким шрифтом, что даже в очках букв было не разглядеть. Однако придя домой, он сделал это.
 Заявление-­присоединение было типовым, то есть такое подписывают все, кто получает субсидию «живыми» деньгами через «Ощадбанк». В первых трех блоках содержались личные данные клиента и информация, которая касается «живых» денег. А вот в блоке №4 шла речь о совсем непонятных вещах. Клиент своей подписью якобы заверил, что подтверждает свое письменное ходатайство на получение кредита, который, как оказалось, является «неотъемлемой частью договора» (этот договор есть на странице банка в Интернете, он написан на нескольких десятках страниц). Клиент соглашается с «условиями пользования кредитной линией», а также дает банку право на его усмотрение уменьшать или увеличивать размер лимита кредитования. Более того, своей подписью на документе Сергей Коробий дал разрешение «Ощадбанку» на использование своих персональных данных, другой конфиденциальной информации, которая стала известна этому финансовому учрежденияю. Были и другие условия, которые тоже вызывают вопросы.
 - Я когда прочитал это, был ошарашен, ­- рассказывает Коробий. ­- Люди вынуждены идти в этот банк и заключать с ним договор, ведь в ином случае не получат субсидию. А тебе, получается, еще и впихивают кредиты. Да я в жизни кредиты не брал, и даже не знаю, как это делается.
 Сергей Павлович не смог мириться с таким положением вещей и снова отправился в банк. Подошел к Светлане Чебоненко, которая, напомним, оформляла договор с ним, сказал ей, что ему не нужны никакие кредиты, и попросил принять заявление следующего содержания: «В марте 2019 года я обратился в ваш банк для открытия счета для перечисления субсидии. Мне было предложено банком подписать заявление о присоединении. В нем блоки №№1,2,3 соответствуют теме перевода и выплат компенсационных средств. Блок №4 не соответствует и никакого отношения к выплате субсидийных денег не имеет. Пункты этого блока прошу считать недействительными».
 Сотрудник банка, прочитав заявление, позвонила руководству, и лишь затем ответила, что криворожское отделение не имеет никакого отношения к содержанию договоров, которые подписывают клиенты. Головной офис «Ощадбанка», где они составляются, находится в Днепре, мол, туда она его и перенаправит.
 - Я отдал заявление 15 апреля,- рассказывает  Сергей Коробий,­ ­ но до сих пор не получил ответа. А ведь прошло уже почти четыре месяца. Узнать о том, рассмотрено ли оно и какой вынесен вердикт, я ни у кого не могу. Банковская служащая, которой я его оставил, говорит, что не знает ничего, так как отправила заявление в Днепр и на этом ее миссия закончилась. Я попросил ее дать мне номер телефона днепровского головного офиса, но она сказала, что не имеет права этого делать. Я нашел телефон горячей линии контакт-­­центра «Ощадбанка» ­- 0­­-800-­­210­­-800. Несколько раз звонил туда, но безрезультатно, там мне ничего не смогли сообщить. Нашел их киевские номера в Интернете, они ­стационарные, поэтому, наверное, и не дозвонился.
Корреспондент «Пульса» внимательно прочитала то самое заявление на присоединение. И таки да: в блоке №4 идет речь исключительно о кредитных средствах.
 Сразу же возникла мысль, что тут кроется серьезный подвох для всех тех, кто подписал такие заявления-­­присоединения (а это, напомним, все без исключения, кто получает субсидию «живыми» деньгами), и кто не установил у себя на телефоне услугу смс-­­оповещения. То есть те, кто не знает, какую именно сумму в конкретном месяце перечислило ему государство в виде компенсации стоимости коммунальных услуг. Получается, что банк может в любой момент «кинуть» вам на карточку помимо этих денег и тысячу-­­другую кредита, а вы решите, что вся сумма это и есть субсидия и используете ее. И даже знать не будете, что с этого момента вам начнут насчитывать проценты, штрафы и пени на кредитную задолженность.
 - Нет, это не так, ­- ответили мне, выслушав все эти опасения, когда я позвонила на горячую линию «Ощадбанка». ­Карточка, по которой граждане получают субсидийные деньги, служит исключительно для этой цели. Никаких кредитных средств им перечислять на нее не будут.
 - Скорее всего, это типовой договор и типовое заявление­присоединение, -­ пояснили корреспонденту «Пульса» юристы Криворожского городского центра по предоставлению бесплатной вторичной правовой помощи. -­ Но мы согласны, что блок №4 действительно может не на шутку напугать субсидиантов, для которых слово «кредит» имеет отрицательное значение. И если, как поясняют в «Ощадбанке», банковская карточка для получения компенсационных выплат на услуги ЖКХ не может служить для начисления кредитных средств, то почему бы блок №4 им вообще не исключить из заявления-­присоединения для тех, кто получает субсидию? Сергею Коробию или любому другому субсидианту нужно юридически грамотно составить заявление об исключении этого блока из документа (в чем мы можем помочь) и отправить его заказным письмом с уведомлением в киевский головной офис «Ощадбанка».
 Совет от юристов конечно же хороший, но, исходя из того, что Коробий уже почти четыре месяца не может дождаться ответа от банкиров из Днепра на подобное заявление, не факт, что он дождется его из Киева. А было бы очень интересно узнать, для чего в заявлении­-присоединении нужен блок №4.
                                                                                                           Елена ЧЕРНИЧКИНА