КАК НАШИ ПЕНСИОНЕРЫ «ЛЕЧАТСЯ» ПО НОВЫМ ПРАВИЛАМ

 О том, как нововведения не облегчают, а, наоборот, усложняют жизнь, «Пульсу» часто рассказывают наши читатели, приводя примеры из собственной жизни. Задают вопросы. Например, многих интересует, для кого придумана медреформа?
 

 В редакцию позвонила пенсионерка Лидия Рубцова и рассказала о том, как долго она не могла выписать электронный рецепт. А теперь уже целый месяц не может получить по нему лекарство.
 -­ С 1 апреля препараты по программе «Доступні ліки» выдают только по электронному рецепту. Вы даже и представить себе не можете, какое это неудобство. Мне уже за восемьдесят, у меня инвалидность, раньше хоть как­-то по квартире передвигалась, а теперь практически не поднимаюсь. Ко мне несколько раз в неделю приходит соцработник. Ее я и попросила сходить в мою поликлинику за рецептом. Стоило ей это не одного визита. Говорит, каждый раз под кабинетом ­- очередь, а продвигается она крайне медленно. То у них там какие-­то компьютерные сбои, то программа зависла. Мы, старики, жили раньше без Интернета, и в любой аптеке все необходимое для поддержания своего здоровья могли за копейки купить. Теперь по-напридумывали какие­-то нововведения, а результат нулевой.
 Наша читательница рассказывает, что необходимые лекарства по электронному рецепту можно получить не везде.
 - Из «Пульса» я узнала, что, оказывается, по программе «Доступні ліки» в городе работает 200 аптек, ­ возмущается Лидия Григорьевна. ­- Так почему же в моем районе таких только одна? Направилась туда мой соцработник, но вернулась ни с чем. В единственной аптеке программа отказала в выдаче лекарства. Вот и задаю сама себе вопрос: «Почему у нас все хорошо только на бумаге?»
 А вот другой наш читатель Леонид Зубков вообще считает, что неразбериха с электронными рецептами сделана искусственно.
 - Я недавно побывал в своей поликлинике, правда, по другому делу -­ перезаключал договор с семейным доктором, ­- рассказывает мужчина. -­ Обратил внимание на большую очередь под кабинетом терапевта, состоящую в основном из пожилых людей. Большинство из них пришли за электронными рецептами. Там есть один нюанс: на мобильный телефон должен прий­ти код-­подтверждение на препараты, предусмотренные программой «Доступні ліки», который нужно предъявить в аптеке. Люди постарше путаются в этих сообщениях. Но на этом их мытарства не заканчиваются. Сейчас я каждое утро возле аптеки медицинской академии (что возле кинотеатра «Олимп»), где отпускают лекарства по программе «Доступні ліки», наблюдаю одну и ту же картину. На рассвете там собираются старики и записываются в очередь. Когда увидел в толпе пенсионеров одни и те же лица, поинтересовался, в чем же проблема? Оказывается, в том, что часто людям, которые уже отстояли в очереди, предлагают не те препараты, которые значатся в электронном рецепте, а их импортные аналоги. Как правило, они стоят в разы дороже, поэтому нужно доплачивать приличную сумму за эти «бесплатные лекарства». Вот пенсионеры и приходят каждый день в надежде, что появится тот препарат, что в рецепте.
 В другую, не менее парадоксальную, ситуацию попала криворожская пенсионерка Елена Иванишина. Женщина поделилась с нами очередными новшествами медицинской реформы, пре­дусматривающей лечение по телефону.
 -­ Мне позвонил с незнакомого номера мужчина, который представился сотрудником Национального агентства здравоохранения Украины, ­- рассказывает Елена Ивановна.   -­ Якобы эта организация сейчас проводит мониторинг, как на местах работает семейная медицина. Я в подробностях рассказывала, как заключала договор со своим доктором, а поскольку претензий на тот момент у меня не было, разговор перешел в другое русло. У меня поинтересовались, с какими жалобами я обращалась к врачу, а выслушав, предложили получить более подробную консультацию геронтолога, но опять же по телефону. Я согласилась.
 Как рассказывает пенсионерка, на следующий день ей действительно позвонил врач. Он детально расспросил обо всех проблемах со здоровьем и рекомендовал ей несколько раз в день мерять артериальное давление, чтобы определить, в каком состоянии находятся сосуды.
 - Мне 65 лет, -­ говорит женщина, ­ что у меня сосуды не в порядке, я и без заумных тестов знала. Когда же я сообщила результаты измерений позвонившему мне через несколько дней «заочному» доктору, он назвал мне с десяток предполагаемых им хронических заболеваний. Мне было предложено незамедлительно обратиться к своему семейному врачу и продолжить лечение. Честно говоря, я так и не поняла смысл такой консультации. Заочное консультирование в телефонном режиме, которое предусматривает медицинская реформа, очевидно, нужно с одной целью, чтобы доктора не тратили время на домашние визиты к пациентам. Проще же с больным по телефону поговорить. О каком лечении тогда идет речь? Какой в этом толк, если все равно нужно идти на прием и очно рассказывать о своих болячках?
 Пенсионерка рассказала, что звонивший геронтолог предложил ей еще более «удобный» вариант общения -­ в вайбере. Что это такое, она не знает, поэтому по старинке приходит в свою полик­линику дважды, чтобы записаться, а затем прийти в назначенный день на прием.
                                                                                                                  Александр ШИДО