ПОТЕРЯЛСЯ ПО ЖИЗНИ

Глухонемой криворожанин Игорь Данильчук оказался в разбитой квартире без газа, электроэнергии, воды, а также без средств существования и документов. Дальнейшей судьбой одинокого мужчины обес­покоены только его соседи.
­

Игорь находился в каком­-то доме-­интернате и вернулся домой три месяца назад. Квартира разбита в хлам ­ ни дверей, ни розеток. Он инвалид третьей группы с детства, не разговаривает и ничего не слышит. После возвращения пенсию не получает, перебивается чем придётся. Я раз-­два в день приношу ему еду, больше помочь ничем не могу, сама живу на пенсию, ­ рассказывает соседка по лестничной площадке Галина Чепига. ­ Он никому не доставляет проблем, живёт тихо, сам по себе, не пьёт спиртного, не ворует. Поэтому человеку хочется помочь, а как это сделать правильно, чтобы ему не навредить, мы не знаем.
Соседи рассказали, что в доме №7 по улице Головко (м­н Даманский) жила мать Игоря, а он поселился здесь 38 лет назад, после окончания специализированного интерната в Днепродзержинске. Мать работала строителем, жили они вдвоём дружно, с соседями не конфликтовали.
Проблемы у Игоря начались после того, как лет восемь назад от инсульта умерла его мама.
­ Игорь один остался в благоустроенной двухкомнатной квартире, жил бы горя не зная, если бы сосед не решил забрать у него квартиру. С этой целью он определил его в ПНД, потом ­ в дом­интернат и вроде как оформил на него опеку, но это точно сказать нельзя. Игорь года два назад сбегал из дома­интерната, его с полицией возвращали. А теперь он опять вернулся домой, мы не знаем, то ли его отпустили, то ли сам ушёл. Но пенсию он не получает, это точно, ­ рассказывает Неля Арингард, старшая по подъезду дома. ­ Раньше его пенсию сосед получал, Игорь от него много натерпелся. Когда тот понял, что приватизированную квартиру ему забрать не удастся, всё имущество Игоря вынес, продал, пока тот был в доме­интернате. «Ободрал» жильё, даже посудой не побрезговал и розетки снял. В квартире теперь жить невозможно ­ ни света, ни газа, а ведь зима заходит. Как ему выжить? За себя он постоять не может ­ ни договориться, ни по телефону позвонить. Общаться с ним сложно, можно только в письменном виде. Очень жаль его.
Соседи обращались к участковому, пытались навести справки в собесе, но безрезультатно. Люди не уверены, что у Игоря Данильчука есть паспорт и строят различные догадки, почему он вернулся. Пообщаться с Игорем журналисту «Пульса» не удалось ­ его на тот момент не было дома. По мнению соседей, он ушёл «проверять» мусорные контейнеры или отправился в церковь на обед. Входная дверь в квартиру была открыта, замки сломаны, поэтому с порога удалось заглянуть в его жильё. Несмотря на убогость обстановки, в квартире ­ чисто.
-­ Он адекватный, чистоту поддерживает, не опускается до состояния бомжа и грязным не ходит. Не знаем, что с ним делать. Без денег в разбитой квартире он не выживет, кормить его постоянно соседи тоже не могут. Опасаемся, что Игоря опять определят в какой-­то дом­интернат, а нужно ли? Он вполне самос­тоятельный, крыша над головой есть, ему бы пенсию вернуть и всё. Может быть, его пенсию кто-­то получает всё это время, поэтому о нём и «забыли»? - ­ рассуждают соседи.
На первом этаже в подъезде, где проживает Игорь Данильчук, находится приемная участкового, в которой как раз дежурил Эдуард Николаевич. Полицейский рассказал, что в данный момент Игорю Данильчуку полиция помочь ничем не может и высказал предположение, что из дома­интерната тот ушёл на законных основаниях, иначе за три месяца на него бы уже подали в розыск.
-­ Года два назад, когда он убегал из Гейковского дома­интерната, пришёл запрос на розыск в районную полицию. Мы сообщили о том, что он находится в квартире по месту регистрации жительства и его опять забрали в интернат. На этот раз за три месяца никаких запросов на данного гражданина в полицию в связи с его самовольным уходом из лечебного учреждения не поступало. В остальном полиция ему ничем помочь не может, ­ сказал в завершение участковый. Вопрос коррес­пондента «Пульса»: «А кто же может помочь?» ­ остался без ответа.

Кристина МАРГИНА