А ВДРУГ ОНИ НЕ ПРИЕДУТ?!

C 1 января в Украине должна была вступить в силу медицинская реформа. Но что­-то у власть имущих не срослось, и они перенесли это знаменательное событие на День дурака.

«Здравствуйте, уважаемая редакция! ­- пишет нам одна из наших читательниц. - ­ Хочу у вас спросить, где правда, а где людские домыслы с этой медицинской реформой? Слышала по сарафанному радио, что с января «скорую помощь» можно будет вызвать только три раза в год. К тому же, к температурящим больным, гипертоникам она выезжать не будет, с почечной коликой ­ тоже. И что же тогда делать нам бедным, старым и больным? Ведь не с каждой болью сил хватит доползти до больницы!
Мы уже привыкли, что лекарства в аптеках баснословно дорожают с каждым днем. Мы привыкли к тому, что даже дорогие препараты могут оказаться подделкой. А это значит, что деньги могут быть потрачены зря! А теперь еще и «скорую» вызвать нельзя? Да это же верная смерть! Вот интересно, госпожа Супрун понимает, на что обрекает неимущих стариков?
Медицина, может быть, у нас и не всегда была на высоте, но мы знали, что, набрав «103», можем рассчитывать на помощь, и от этого было теплее на душе. А теперь и эту надежду у нас забрали. Что значит видеть, как родной человек страдает от боли и ничем ему нельзя помочь?! У меня старенькая мама, да и я сама с инвалидностью, на кого же нам надеяться?
В последнее время в больнице без денег делать нечего. Год назад в нашем поселке дедушка наложил на себя руки. Немощным был, замучили болезни, вот и решился на такой шаг. Сколько же самоубийств еще будет, если еще и врачи от нас откажутся? А как же клятва Гиппократа, что она уже ничего не значит?
Откуда больному человеку, у которого от боли в глазах темнеет, знать экстренный у него случай или нет, приедет ли к нему «скорая» или не приедет? И не у каждого больного под боком есть родственники и добрые соседи, которые помогут. Как подумаю, что меня саму ждет впереди, хочется голову в песок сунуть как страусу. Жуть берет!
Завидую африканским племенам дикарей ­ у них есть шаманы, которые все болезни лечат, не глядя, бедный пришел или богатый. У нас вместо них ­ реформаторы. Прошу прощения за столь мрачное письмо, но мне просто страшно. Я боюсь всего, даже элементарной простуды. Ведь чтобы ее вылечить, понадобится антибиотик, который должен выписать врач. А будет ли врачебная помощь доступна при реформировании ­ никто не знает, даже сами врачи».
«Пульс» попросил главного врача Криворожской станции скорой медицинской помощи Днепропетровского департамента здравоохранения Анатолия Биевского рассказать, что изменилось в работе медиков «скорой».
- В связи с нововведениями в медицине к нам также поступает немало звонков от обеспокоенных криворожан. Но хотел бы сразу успокоить всех: ничего страшного не произошло, скорая медицинская помощь работает в прежнем режиме, - ­ говорит Анатолий Михайлович. ­- Хотя с ноября 2017 года в национальный классификатор профессий вместо фельдшера по медицине неотложных состояний была внесена профессия парамедика.
­ В чем разница?
­ С одной стороны, эта профессия существует и имеет право на жизнь. Проще говоря, парамедики ­ это люди, которые призваны непосредственно оказывать экстренную догоспитальную медицинскую помощь. Это: коррекция нарушений дыхания, остановка кровотечений, фиксация переломов, обезболивание при тяжелых травмах, подача кислорода и транспортировка в ближайший лечебный стационар, где больному будет оказан дальнейший комплекс медуслуг.
Но функции фельдшера у нас в стране и парамедика за рубежом совершенно разные. В принципе, организация такой схемы оказания экстренной догоспитальной медицинской помощи возможна и у нас. Но, думаю, не сейчас, а в будущем, когда будет проведена полноценная реформа первичной и вторичной медицинской помощи. Без всего этого упразднение профессии фельдшера по медицине неотложных состояний и замена ее на парамедика, вне всякого сомнения, повлечет за собой трагические последствия для многих больных. Ведь в наших украинских условиях на догоспитальном этапе, как врачами, так и фельдшерами «скорой» оказывается целый комплекс лечебных мероприятий тяжелобольным и пострадавшим, без которых транспортировка в специализированный стационар теряет всякий смысл, подразумевая под этим развитие в пути необратимых для больного последствий.
Другой момент, в свете нововведений уже нет и профессии водителя «скорой помощи», она заменена на другую ­ экстренный медицинский техник. Это тот же водитель, но с вполне определенным (и не маленьким!) багажом медицинских знаний. Да и парамедик в обязательном порядке должен быть обладателем водительского удостоверения. И где мы таких универсальных работников в одночасье найдем? Мое мнение, даже при условии устранения всех законодательных нестыковок при принятии этих приказов, на что указывает Профсоюз мед­работников Украины, пока нам не подходит подобный западный вариант моделирования системы экстренной догоспитальной медицинской помощи.
­- В данный момент, в каком режиме работает «скорая помощь»?
­- Учитывая, что по всей Украине прошла волна возмущений в связи с таким реформированием экстренной медицинской помощи, медицинское сообщество в лице сотрудников центров медицины катастроф совместно с профсоюзом здравоохранения обратились в Кабмин с просьбой восстановить профессию фельдшера. И эта просьба была удовлетворена. Так что все пока вернулось на круги своя. Криворожская станция скорой помощи как работала, так и работает в обычном режиме. И на все вызовы, которые касаются оказания скорой помощи, мы выезжаем.

Александр ШИДО