Почему только подсолнухи?

Поехать в какое­-нибудь село в Криворожском районе я решила после того, как, возвращаясь в Кривой Рог из Херсонской области, обратила внимание на поля за окном маршрутки. Почти на всех них красовались подсолнухи, иногда встречалось «мясо», то бишь соя.

«А где же пшеница, гречка, картошка, свекла, помидоры, синие, лук, царица полей ­ кукуруза? ­ подумалось мне. ­ Что ж мы зимой будем кушать, если поля сплошь и рядом засажены подсолнухом?»
Ехать к официальным «сельским» лицам на улицу Кобылянского, которые, как обычно, дадут какие-­то цифры по посевам, не было желания. Как и делать запрос в облгосадминистрацию ­ там тоже любят математику. Поэтому решила просто поехать в село и спросить у крестьян, а почему, собственно, подсолнухи?
Чтобы не угробить редакционный автомобиль по «ямочно отремонтированным» сельским дорогам, с водителем решили заехать в райцентр. О том, что ямы на дорогах в Криворожском сельском районе подзасыпали, я узнала из пресс­релиза губернатора. Мол, денег из государственной казны дали, дороги ремонтируются.
А вот куда пошли эти самые деньги, если их действительно дали, неясно. Но явно не на «красинскую» дорогу. Потому как мы свернули в сторону Красино.
ОН ХОТЕЛ ВОСКРЕСИТЬ ЛЕНИНА
Село это большое. Когда-­то здесь были и коровники, и свинарники, и телятники, и механизированная бригада с сельской техникой, и много еще чего. Но не будем о запретном, потому как тогда был тоталитарный, то бишь преступный режим, основным сельским элементом которого были колхозы. Сейчас у нас демократия, и от тоталитарного прошлого в Красино остались разве что школа, детский садик и разбитая остановка при въезде. А еще... название села.
Да­да, не удивляйтесь, оно тоже «коммунистическое». Потому как происходит не от слова «красивое», как это может показаться любому из нас, а от фамилии революционера Красина, который был советским полпредом за границей. После смерти в Лондоне он был кремирован, а урна с его прахом помещена в некрополе у Кремлёвской стены.
Но не своей дипломатической работой страшен «декоммунизированный» Красин. Леонид Борисович являлся одним из инициаторов сохранения тела Ленина и возведения Мавзолея на Красной площади. Существует версия, что Красин верил в грядущее воскрешение покойных «великих исторических личностей». Он считал, что решающую роль в этом должны были сыграть достижения науки и техники. Но и как, скажите, не переименовывать село, названное в честь того, кто (о ужас!) хотел воскресить Ленина?!
Вот и переименовали. Теперь Красино будет называться Красилівське.

НАЗАД В ПРОШЛОЕ
В Красино добровольно отказываются и еще от одного пережитка советского прошлого ­ газа. Он нынче очень дорог, поэтому селяне, как их славные предки, предпочитают пользоваться дровами. А так как они тоже недешевы ­ за селом вовсю идет незаконная вырубка деревьев.
­ Мы прошлой зимой газ использовали в морозы только для того, чтобы система не лопнула, и то по минимуму, ­ рассказывает местная жительница. ­ А хату топили дровами. Вырубили у себя на участке те деревья, которые пришли в негодность, возле старой бани в этом году рубить будем. Кому рубить на своем участке нечего, делают это за селом. А у кого сил нет, у бабушек, к примеру, покупают дрова у мужиков, которые деревья где­-то в городе нелегально рубят. А чем нам за газ платить? Зимой работы в селе нет. Где брать по 3000­-4000 гривен ежемесячно? А свет какой дорогой, а вода... Как переживем эту зиму ­ не знаю. Уеха­ла бы в город, да дом продать сложно. За бесценок, да еще и с землей, отдать не могу, а по настоящей цене его никто не купит.
Вон, в соседнем селе Суворовка третий год табличка на заборе дома висит, что его продают. Забор завалился уже, дом бурьяном зарос ­ так никто и не купил.
ДЕНЬ ОТДЫХА
Чтобы доехать до центра Красино, мы проезжаем по небольшому мостику, который «обрамляют» свежевыкрашенные в желто­голубой цвет перила.
С одной стороны они полностью завалились, и ремонтировать их никто не собирается. Отчего-­то подумалось, что до следующей покраски они вряд ли доживут.
Асфальт на мостике разбит до такой степени, что проехать по нему сложно. Но мы сделали это, как и маршрутка, стоимость проезда в которой до города составляет 12 грн. 50 коп.
В этот день в Красино, судя по объявлению на магазине «Кас­кад», был День отдыха. Почему рабочий день неожиданно стал выходным, для меня так и осталось загадкой. Организаторы планируемого праздника приглашали всех желающих на него в 12.00. Мы подъехали к этому времени, но кроме шашлычного мангала под магазином и отдыхающих (как в летнике, так и на лавочке) красинцев в течение часа так ничего и не увидели. Поразила компания из четырех молодых мамочек и молодого отца, которые курили и пили слабоалкоголку и пиво. Рядом бегали их маленькие дети, а в коляске сосал соску самый младший из них... Да и вообще пьяных в селе мы в этот день встретили немало. Даже показалось, что трезвых мужиков тут вообще нет.

МЫ НЕ РАБЫ, РАБЫ НЕ МЫ
Но не только подсолнухом единым славится сегодня наше сельское хозяйство. В отдельных мес­тах можно увидеть и овощи. Мало, правда, но они есть. Мы, к примеру, нашли разбитый бывший телятник за селом Дубовое, где, по словам местных, перебирают овощи нанятые фермером работники (фото 4).
К слову, те, кто выращивает на полях лук, морковку и т.д., приво­зят работать сюда людей из Кривого Рога. Желающих много, ведь безработица не дремлет.
­ Я приезжаю работать на поле из города вместе с другими рабочими, которых автобус собирает по районам, ­ рассказывает криворожанка Анна Никитенко, которую мы встретили в соседнем с Красино селе. ­ В 6.15 меня забирают от «Сільпо», в 7.00 ­ уже на поле. В 14.00 едем домой. Весной мы высаживали рассаду, был фиксированный заработок ­ 80 гривен в день. Потом пололи, за что нам платили по 90 гривен в сутки. Теперь вот собираем урожай. Нынешний заработок зависит от выработки ­ чем больше собрал лука, тем больше получил. Если работать не разгибаясь, без перекуров и перекусов, можно 100-­120 гривен в день иметь. Я даже пару раз 150 гривен заработала. Правда, почти все заработанное за июль-­август пошло прахом. Дело в том, что я заболела двусторонним воспалением легких. Наверное, из-­за того, что в жару пила ледяную воду, которую нам на поля подвозили. Пролежала десять дней в больнице. Каждый день на лекарства отдавала 300­-400 гривен. Только на восьмой день температуру сбили, а она у меня была под сорок. Вот приехала к хозяину забрать деньги за последнюю отработанную неделю, в больнице сказали, что лежать мне (и платить) ­ не менее 20 дней...

И НАПОСЛЕДОК...
Нам все­-таки удалось выяснить, почему подсолнухи стали королями украинских полей. Дело в том, что они не требуют особого ухода, но самое главное ­ им не нужен, в отличие от тех же помидоров или огурцов, искусственный полив. Вода-­то сегодня в Украине очень дорогая. Если поля орошать (системы орошения, к слову, давно исчезли ­ происки охотников за металлом), урожай «золотым» будет. А подсолнух может вырасти и в засуху. Да и продать семечки намного проще, чем, например, кукурузу. Спрос на них есть даже в знаменитом ЕС.

Елена ЧЕРНИЧКИНА