Григорий Хаенко: «Я без лома вечером на улицу не выхожу»
Есть в нашем городе посёлок, который все называют старый рудник им. Ленина. Его часть сегодня находится на шахтных пустотах. В связи с этим ещё лет десять назад руководство КЖРК, которому принадлежит расположенная неподалеку шахта, предложило местным жителям переселиться в другое место.
Практика переселения в Кривом Роге не нова: как только начинает «наступать» карьер какого-нибудь ГОКа или образовываются шахтные пустоты, руководство предприятий предлагает переехать людям, чьи дома находятся в промышленной зоне, с насиженных мест. В советское время таким переселенцам давали квартиры в новостройках, а в последние 25 лет, в условиях полного прекращения строительства жилья денежную компенсацию.
Вот и жителям улицы Бакинской предложили деньги, чтобы те смогли купить новые дома, где им понравится. Но сельчане не особо торопились добровольно покидать родные дома.
Массово люди стали уезжать с насиженных мест после того, как шесть лет назад недалеко от старого рудника им. Ленина в результате техногенного землетрясения обрушилось 16 га земли. Кому-то в виде компенсации дали двадцать тысяч долларов, кому-то тридцать, кому-то сорок. Стоимость домов оценивал предоставленный предприятием оценщик. Платили населению, естественно, в гривнах.
Но все же на улице Бакинской остались те, кто даже после случившегося ЧП не захотел съезжать, хоть с каждым годом жить здесь становилось все опаснее и опаснее. Но пришло время, когда и самые стойкие поняли, что уехать придется.
Однако два с половиной года назад гривна обесценилась в три раза, а дома будущих переселенцев предприятия продолжают оценивать в национальной валюте. То бишь их стоимость тоже «упала» в три раза. В то же время недвижимость в Кривом Роге как продавали, так и продолжают продавать за доллары. То есть сложилась во всех смыслах неприятная ситуация для переселенцев: деньги платят те же, только вот за них нынче хорошего дома не купишь.
Одним из таких несчастливчиков оказался Григорий Хаенко, который наравне с женой и сыном является владельцем одной трети дома №20, что на вышеназванной улице. Остальные 2/3 части принадлежат родителям мужчины и соседке, которые уже съехали на новое место жительства. В этом доме Григорий Васильевич родился, сюда привел молодую жену, здесь вместе с Галиной Николаевной вырастил своих двоих сыновей.
Хотя дом и старый, 30-х годов постройки, он еще достаточно крепок и имеет вполне приличный вид. Хозяева его осовременили, утеплили, сделали, как принято говорить, евроремонт, есть газовое отопление, горячая и холодная вода, канализация, окна пластиковые.
А еще у супругов Хаенко есть 35 соток земли, десять из которых приватизированы.
Сумма компенсации убытков и издержек, связанных со снесением домовладений и отселением граждан, определяется согласно независимой оценке стоимости имущества. Поэтому и дом, и землю, принадлежащие семье Хаенко, оценил независимый оценщик, приглашенный КЖРК. Он предложил хозяевам за все про все чуть больше 300 тысяч гривен или 12 тыс. долларов по нынешнему курсу. Если точнее: по 94575 грн. каждому из троих хозяев за их часть дома и хозпостройки, и 23730 грн. всем вместе за 10 соток земли.
- И что я могу сегодня купить на эти деньги? - спрашивает Григорий Хаенко. - Представители предприятия мне предлагали посмотреть дома, которые выставлены в городе на продажу. То есть те, за которые продавцы хотят до 12 тысяч долларов. Поехал я на Бажаново смотреть то, что мне предложили, а там не дом землянка. На Бурых Углях, Божедаровке та же история. Ну какой хозяин продаст дом со всеми удобствами (такой как у меня), в черте города, считай, за бесценок? Нормальный дом стоит в два раза больше предложенной оценщиком цены.
- У меня почти 40 деревьев на участке оценили всего в 260 гривен, - рассказывает одна из немногих не успевших переехать жительниц улицы Нина Параненко. - Да я только одной шелковицы в этом году на три тысячи гривен продала. Я инвалид 1-й группы. Мне на лекарства ежемесячно нужно 2500 гривен, а пенсия в два раза меньше. Как можно оценить деревья? По какому принципу? Да и за дом его настоящую цену не дают. Если бы не эти обвалы, я бы в жизни из своего дома не выехала.
- Дома какие посносили, а какие просто разваляли, - рассказывает Григорий Хаенко. - Теперь в этих развалинах живут бомжи. Вся улица заросла бурьяном некому его вырубать. В одном из оставшихся домов хозяин металлолом принимает. Так что тут всякий сброд шляется. А на днях фонари погасли, так я теперь без лома вечером на улицу не выхожу.
Григорий Васильевич, как его супруга и сын, прекрасно понимают, что выехать из дому все равно придется. Но очень надеется, что получит справедливую компенсацию и сможет купить равноценное жилье.
Елена ЧЕРНИЧКИНА