Дом свободный, живите кто хотите

Настоящие сериальные страсти разгорелись на одной из тихих элитных улочек в Центрально-Городском районе. После смерти хозяина Семёна Петровича в августе прошлого года его старенький дом и около десяти соток земли остались по сути бесхозными. Завещания или дарственной владелец не оставил. Поэтому каждый из участников этой почти криминальной истории считает, что участок должен достаться именно ему, и пытается доказать своё право.

Поскольку судебные разбирательства в самом разгаре, называть настоящие имена претендентов на усадьбу не имеем права. Как и брать в расчёт ту грязь, которую щедро льют на голову друг другу «наследники». Однако эта история имеет право на публикацию, потому что подобные ей происходят сплошь и рядом.

«МЕНЯ ВЫГНАЛИ ИЗ ДОМА»
Так говорит 35-­летняя одинокая внучатая племянница умершего владельца дома Лариса. Как рассказала женщина, ее детство прошло в этом доме. Затем семья переехала в Крым, проживает там и сейчас, а Лариса вернулась в Кривой Рог. Жила у своего двоюродного деда, в 2004 году он ее даже прописал, а потом начались скандалы с женщиной, которая, по словам внучатой племянницы, на правах то ли сожительницы, то ли квартирантки проживала в этом же доме.
­ Она стала меня гнать из дома, всячески оскорбляла. Не разрешала даже деда с днем рождения поздравить. После его смерти вообще запретила мне появляться, ­ рассказывает Лариса. ­ Теперь Галина хочет отсудить половину дома, хотя не прописана там, с дедушкой совместного хозяйства не вела, замуж за него не выходила и никаких прав на жилье не имеет. А я скитаюсь по углам, живу то у знакомых, то снимаю жилье. Дед завещания не оставил, но первым наследником усадьбы является его родная сестра ­ моя бабушка. У нее очень слабое здоровье, поэтому я являюсь ее доверенным лицом.
­ Почему же тогда бабушка, как основная наследница ­ ведь она его родная сестра, не пошла в течение полугода после смерти брата к нотариусу и не заявила свои права? ­ интересуемся у Ларисы.
­ Потому что, во-­первых, не позволило здоровье, а во­вторых, у нее потеряно свидетельство о рождении, ведь только этот документ мог доказать прямую родственную связь между ней и ее братом. А документов деда мы вообще не нашли.
Кроме Ларисы и ее бабушки, которая также проживает в Кривом Роге, на дом еще претендует племянник умершего и та самая 84-­летняя квартирантка Галина, сын которой, кстати, зарегистрирован по этому же адресу.
То, что у Ларисы нет крыши над головой, вызывает сострадание и горячее сочувствие у соседей. По словам ближайшего соседа, квартирантка не только «самовольно захватила дом», но и стала непосредственным виновником смерти его 85­-летнего владельца.
Мужчина рассказал, что в пос­ледние годы жизни Семен Пет­рович опустился и превратился в бомжа. Вид имел неряшливый, проживал в антисанитарных условиях. Несмотря на то что в середине 90-­х в качестве квартирантки он пустил на квартиру соседку Галину, вынужденно продавшую свой собственный дом, пожилой человек голодал, еду ему сносили соседи.
­ Все происходило на моих глазах, она за ним не ухаживала, обижала. Скандалы были постоянные. Вечером накануне его смерти мы с соседом обнаружили Семена в постели с сильными ожогами тела. Он сказал, что его облила кипятком Галина, состояние его было ужасным, мы вызвали «скорую». Врачи подтвердили термический ожог, ­ рассказывает сосед. ­ В больницу ехать он отказался и вскоре умер. Я видел многое, но раны у него на теле были ужасные, мясо на костях буквально сварилось. Вызвали милицию, составили акт, мы написали объяснительные. Возбуждать уголовное дело не стали. Нам еще врач «скорой» сказал, что все уже старые, поэтому вряд ли его откроют. Так и получилось. А Галина в доме живет и уезжать не собирается. На каком основании? Она даже там не зарегистрирована! Еще совести хватает в судах отстаивать право, даже доверенное лицо у нее появилось. Это несправедливо дедушкину внучатую племянницу с регистрацией жилья лишать!

КТО В ДОМИКЕ ЖИВЕТ?
Чтобы выяснить, что же это за агрессивная квартирантка Галина, журналисты «Пульса» отправились по указанному адресу.
Дом на самом деле оказался не просто старым, а ветхим. Во дворе ­ полуразрушившиеся постройки и груды мусора.
Пожилая женщина встретила нас враждебно, заявила, что разговаривать не намерена. На вопрос, почему она не пускает в дом жить родственницу хозяина, которая тут прописана, ответила просто: «На каком основании?». Но разговорить ее все же удалось, женщина пригласила в дом и рассказала свою версию происходящего.
В доме ­ две жилые комнатки, в которых и живет Галина. Остальное ­ руины. В одной из комнат, на которые претендует внучатая племянница покойного Лариса, вывалились из стены кирпичи и видно небо.
­ Я с 1991 года здесь живу. До того мы жили с Семеном в моем доме напротив, в общей сложности 47 лет, но не расписывались. У него было свое понимание жизни, ­ рассказывает женщина. ­ Мои сыновья его отцом считали. А потом мой сын проиграл в казино крупную сумму денег, поэтому я продала свой дом за десять тысяч долларов, сына спасла. Но сама осталась без жилья, идти мне было некуда. Родные умерли, у сына пятеро детей, живет в двухкомнатной квартире жены. Старший далеко. Снимать квартиру мне с минимальной пенсией не по силам, придется голодать. Вы не поверите, как мне все эти разборки надоели. Хочу одного ­ покоя и дожить без нервотрепки.
По словам Галины, никакого отношения к смерти своего гражданского мужа Семена, в чем ее обвиняют соседи, она не имеет. Кипятком он облил лицо сам, в это время ее не было дома и причиной смерти это послужить не могло. К родственникам-­претендентам на право владения домом относится крайне негативно. Вспоминает, что приходили они к Семену только просить деньги.
­ При жизни он не был нужен никому, приходили к нему так называемые родственники редко, не помогали ничем, ­ рассказывает Галина. ­ А после смерти все сразу вспомнили о деде, что тут есть чем поживиться ­ участок земли в самом центре города кому помешает?
После того как почти год установить право на владение участком не удалось доказать никому, Галина подала в суд. Чем дело закончится ­ неизвестно.
* * *
Глядя на убогую обстановку дома, на пожилую женщину, которая перебирала старые фотографии, где они с Семеном на морях отдыхали, молодые и здоровые, стало грустно. Вряд ли тогда они задумывались над тем, что гражданский брак никаких прав не дает. Определился бы своевременно Семен с наследником ­ не было бы сейчас судебных разборок и нервотрепки для всей родни.
­ Семен жил как жилось, не думал ни о дне сегодняшнем, ни о завтрашнем. Вот и приходится на старости лет доказывать, что у нас семья была, ­ говорит Галина. ­ Хочу одного ­ чтобы дали мне умереть под крышей, а не на улице.

Кристина МАРГИНА