О Ленине и носках

В воскресенье вышла погреться на улицу. В квартире - как в погребе, нос мерзнет. А во дворе солнышко, просто красота.

Бродила, грелась и забрела на рынок. А там мужик носки из ангоры продает. Поскольку помимо носа у меня мерзнут и ноги (тапочки не спасают), а соседка, работающая в теплоцентрали, шепнула на ушко, что им дали команду готовиться к подаче отопления к 29 октяб­ря, решила носки купить. Потому как понимала, что даже новость о том, что на прошлой неделе очередные активисты снесли очередного Ленина, отчего-то не грела. И даже если активисты еще больше активизируются и снесут все памятники, и не только Ленину (на всех активистов ленинов не хватает, поэтому уже на памятнике Артема пишут «Артем - сепаратист»), у меня в квартире теплее не станет.

Поэтому и решила купить носки.

Спросила цену, продавец отвечает - 60 гривен. Стала торговаться, чтобы купить за полтинник. И тут он выдает:

- Я их за евро покупаю. Это старая партия, та, что еще до подорожания европейской валюты была, потому и 60 гривен.

- Так вы ж их в Тернополе покупаете, там евро не ходят. Зачем пастухам, которые выращивают овец и из их шерсти делают носки, иностранная валюта? - парирую.

- А зачем им гривна, которая ежедневно обесценивается? - вопросом на вопрос отвечает он. - Покупайте, следующая партия в закупке будет стоить дороже. Сами же говорите, ноги мерзнут, а что делать будете через недельку? Это в прошлом году отопление 5 октября дали, а в этом неизвестно когда. У меня носков почти не осталось, гребет народ.

Что делать, вынула 60 гривен и купила. Пошла дальше бродить. Смотрю, бабушка-соседка тоже бродит. И греется («бо в хаті сидіти неможливо»), и по базару ходит, присматривается.

Вместе домой пошли. Я - с носками, она - с 200 граммами кильки в целлофановом мешочке в кармане.

Спрашиваю у нее:

- Что ж так плохо скупились?

Отвечает:

- Пенсию десятого числа получаю, еще пять дней до нее, сильно не разгонишься скупляться. Да и не знаю, получу 10-го или нет. В прошлый раз не получила.

- Задерживают?

- Да нет. Я ж на почте получаю. Из банка перевела, потому что боюсь, что он лопнет и я вообще без денег останусь. Два часа на почтовом отделении прождала, когда деньги привезут, а нам (пенсионеров много собралось) говорят: «Извините, бабушки-дедушки, бензина нет, нечем инкассаторскую машину заправить. Завтра приходите, обещают привезти». А ты чего на базар ходила? Вижу, тоже с пустыми руками возвращаешься.

Я ей про носки из ангоры и собачий холод в квартире рассказала. А она мне говорит, что у нее тоже ноги мерзнут, но такую рос­кошь, как носки за 60 гривен, она себе позволить не может.

- Я кирпич беру, - делится секретом, - нагреваю его, ноги ставлю, и они не только согреваются, но и болеть перестают. Я на кирпичик ножки поставлю, голову шалью обмотаю, одеялком ватным закутаюсь и телевизор смотрю, пока кирпичик не остынет. Знаешь, намедни показывали, что в Кривом Роге Ленина снесли. А вот когда дадут отопление и горячую воду, не сказали.

Так, мирно беседуя, и дошли мы до нашего дома. Она вынула из кармана кильку и стала кормить ею свою кошку, которая ждала свою хозяйку возле подъезда.

- Кирпичик обязательно целым должен быть, чтоб не рассыпался, - напутствовала она меня напоследок. - А как дома от холода вовсе невмоготу станет, ты в пластиковые бутылки воды кипяченой набери, и себе, и своим. Обложитесь ими, так и согреетесь. Да ты не смейся, такие вот у нас, пенсионеров, энергосберегающие технологии.

Елена Черничкина