Льготника записали в должники

14 декабря отмечался День чествования участников ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. Криворожанин Алексей Котов был в числе мобилизованных, работавших в июне 1986 года непосредственно на разрушенном реакторе. Все эти годы ликвидатор борется с последствиями радиации, перенёс три серьёзные операции. Теперь к его проблемам добавилась ещё одна - ­ из-­за ошибки в передаче показаний счётчика газовщики записали его в число должников и грозят отрезать газ.

-­ У меня проблема с газовщиками возникла на ровном месте. Сначала думал, что это недоразумение, которое даже не заслуживает внимания, но я столкнулся с махровой бюрократией и теперь не знаю, как решится этот вопрос, - ­говорит ликвидатор первой категории. - ­ Газом пользуюсь бесплатно, у меня 100%-­ная льгота. Мало того, я в зимний период в доме по переулку Ковпака (Новоивановка) не проживаю, использую его как дачу, норму газа, хоть ее и снизили на 100 м³, не использую, поэтому постоянно шла переплата.
Алексей Иванович рассказал, что в апреле этого года, когда он находился на лечении в киевском госпитале, ему позвонила контролёр «Криворожгаза» и попросила, чтобы он срочно передал показания газового счётчика, иначе у неё возникнут проблемы с отчетом. Поскольку сам он этого сделать не мог, то попросил соседа.
­- То ли сосед недосмотрел, то ли конт­ролёр не расслышала, но они записали вместо цифры 59 цифру 54. Почему контролёр сразу не обратила внимания на то, что показания меньше, чем были ­- непонятно. До октября всё было спокойно, а потом мне начали звонить и требовать погасить долг в размере 2260 грн. 92 коп. Я не мог понять, откуда он взялся, если фактически летом газом не пользовался, - ­ возмущается Алексей Иванович.
Мало что прояснило письмо из отдела реализации «Днепропетровскгаз Сбыта», на котором стоит штамп от 23 октября. В нём сообщалось, что задолженность у криворожанина накопилась до 31 июля по показаниям счётчика, и её следует уплатить в трехдневный срок после получения письма. И если до 30 сентября долг не будет погашен полностью, то абонент «должен самостоятельно прекратить потребление газа методом перекрытия запорного устройства перед газовым прибором и предоставить беспрепятственный доступ работникам «Криворожгаза» для принудительного прекращения газоснабжения объекта. Прекращение газоснабжения не освобождает от уплаты долга. Если не будет погашена задолженность, то она будет взиматься в судебном порядке».
Такой подход и предложение отключиться от газа самостоятельно мужчину удивил. В это время он проходил лечение в Днепре, поэтому прямо из больницы направился в «Днепропетровскгаз Сбыт», чтобы объяснить ситуацию.
-­ Я написал заявление, в котором попросил разобраться в ошибке контролёра в подаче данных показателей счётчика и попросил дать распечатку, откуда у стопроцентного льготника мог взяться долг, и почему именно такая сумма, если я постоянно находился на лечении, в доме не жил и газом не пользовался, ­- говорит Алексей Иванович. - ­ Меня отправили разбираться в «Криворожгаз». Здесь я также обращался и в региональный центр, и в главный офис ПАО «Криворожгаз» с одной и той же просьбой. Мне ничего толком не объяснили и отправили в «Днепропетровскгаз Сбыт»! Круг замкнулся.
После безрезультатных попыток разобраться с газовщиками ликвидатор отправился в областную прокуратуру. Но его заявление там не приняли, сославшись что «такими вопросами прокуратура не занимается» и посоветовали обратиться в Киев, в НКРЭКУ. Алексей Иванович заявление по указанным в прокуратуре реквизитам в столицу направил, но так и не понял, какое отношение имеет это солидное учреждение к его проблеме.
-­ Недавно я позвонил на горячую линию президента, спросил, как в моей ситуации можно решить вопрос? Обращение зарегистрировали почти десятимиллионным и сказали ждать ответ. Пока тишина, -­ рассказывает он. - ­ Куда теперь обращаться? В декабре буду проходить очередное обследование в областной больнице, пойду опять к газовщикам, может быть что­-то прояснится на этот раз.
День чествования ликвидаторов аварии на ЧАЭС 14 декабря Алексей Котов провёл в госпитале. Он с иронией говорит о том, что его уже «поздравили» газовщики и воспринимает это как очередной абсурд, с которым ему приходилось сталкиваться не раз.
­ В июне 1986 года мне было 27 лет, когда военком среди ночи заявился ко мне домой и вручил мобилизационную повестку на трёхдневные сборы. И только в аэропорту Днепра стало понятно, что меня направляют в Чернобыль. Месяц жили в палатках в селе Ораное, работали непосредственно на промплощадке. В одних «лепестках» лопатами сбрасывали графит с крыши хранилища отходов отработанного топлива, занимались очисткой территории, ­ вспоминает ликвидатор. ­ Никто толком не знал, как от радиации защищаться. У нас один доктор был, молодой, который устраивал нам баню с еловыми ветками для дезинфекции. Было, что укладывали бетонные плиты рядом с третьим блоком, а дозимет­рист куда­-то пропал, замеры никто не делал. Мы там час работали, получили ожоги слизистой глаз, носоглотки. У меня на шее образовалось большое красное пятно, потом это всё обернулось опухолями и операциями. Ликвидаторов бросали в самые опасные точки. Пожарные умерли первыми, за ними ­ шахтёры, молодые все были ребята. У нас в палатке был один парень, которого забрали прямо со свадьбы. Сейчас из десяти соседей по палатке в живых остался я один, из соседней ­- двое. В основном, встречаемся в госпиталях. А теперь нас «чествуют» таким вот образом. И где искать правду?

Кристина МАРГИНА