Рудоуправление имени того, кого нельзя вспоминать
Так уж сложилось, что жители Кривого Рога, которые ездят в северную часть города, делают это на общественном транспорте, который идёт «на Ленина» или «на рудник Ленина». И хоть давно нет самого рудника, а слово «Ленин» убрали со всех вывесок, но привычка есть привычка.
Да, весь транспорт идет «на Ленина». Но доезжают пассажиры на маршрутках и троллейбусах до конечной остановки, которая носит официальное название «Площадь Толстого», и где находится разворотное кольцо, крайне редко. Основная масса народа выходит на «8-й горбольнице». Ведь именно здесь находится большой жилой микрорайон со всеми сопутствующими зданиями и учреждениями, а «на Ленина», до которого после поворота 5 минут езды, практически ничего не осталось.
О былом величии этого места напоминают обшарпанные жилые «сталинки» и здание управления канувшего в Лету рудника (фото 1), названного в честь того, кого сейчас не принято вспоминать. Оно было построено в 50-е годы прошлого столетия в том же самом стиле, что и здание управления КЖРК на Прудах или НИИ на 97-м квартале. А делали тогда красиво и добротно. Величественно. Сегодня на здании висит баннер, на котором написано, что оно сдается в аренду. Правда, что именно предлагают арендующим, - понять сложно. Потому что само здание напоминает едва «выжившее» после бомбежки. Уж не знаем, использовали ли его, когда в Кривбассе снимали фильм «Донбасс», но лучшего места для съемок о войне не найти.
Холл на первом этаже завален дровами, а также мебелью, которая может после распила тоже пойти в топку (фото 2). Это сторожа сделали запас на зиму, потому что нет здесь ни отопления, ни света, да и вообще из благ цивилизации ничего. Подняться на второй и третий этажи можно по лестнице без перил - их давно уже разнесли по точкам приема металла, еще до того, как тут появились сторожа (фото 3). Как и батареи. И трубы. И все, что было сделано из металла.
Двери или сняты и вывезены, или стоят разбитыми. Даже полы посрывали неизвестные. Вместо оконных рам зияют пустые «глазницы» (фото 4), на некоторых окнах они остались, но с разбитыми стеклами. На ободранных стенах экс-холла на втором этаже еще можно рассмотреть спрятанную под толстым слоем грязи надпись «Кривбассруда», а рядом на полу - белые флажки с красным сердечком «Юлькиной» партии. Когда-то, через много лет после того, как сотрудники управления отсюда выехали, здесь были предвыборные штабы сразу нескольких партий.
Долго ходить по аварийному зданию мы не стали. Это опасно. Стало понятно, что сторожа здесь нужны не для того, чтобы охранять добро, а чтобы пока еще не научившиеся ценить собственную жизнь школьники или экстремалы, у которых «рвет крышу» без капли адреналина, не лазили. Или не поселились бомжи.
В пятидесяти метрах от здания бывшего рудоуправления находится остановка общественного транспорта. Она тоже разбита (фото 5). Из приличного только вывеска. Но в отличие от себе подобных, развешенных по всем остановкам после их переименования, она не дублирует «Площу Толстого» на английском языке. Видно, англоязычных гостей города здесь не ждут.
Этот бетонный остановочный комплекс с помещением для диспетчеров когда-то тоже был сделан «на века». Но сегодня - это «убитая», говоря официальным языком, «малая архитектурная форма», ожидание транспорта в которой чревато ударом по голове отвалившимся куском штукатурки, однако одиноко стоящих пассажиров это не отпугивает. Рядом с ним - бутылки с мочой - «привет» от водителей маршруток, которые в них справляют малую нужду, а потом выкидывают на конечной остановке.
К сожалению, в нашем городе, как впрочем и по всей Украине, немало подобных зданий, которые «не пережили» произошедшие в стране перемены. Но ведь можно же «вдохнуть» в них новую жизнь. Не так ли?
Елена ЧЕРНИЧКИНА