БУДЕТ ЛИ ТЕПЛО В НАШИХ ДОМАХ?

Война внесла существенные коррективы в работу многочисленных объединений совладельцев многоквартирных домов. Но, несмотря на все трудности, люди не перестали думать о том, как им не замёрзнуть зимой. И вопрос, а готов ли наш дом к отопительному сезону, звучит вполне резонно и актуально. На примере одного ОСМД мы попробуем обрисовать общую картину того, как объединения выживают в нынешний сложный период и хватает ли им сил заниматься обустройством домов. Знакомьтесь, Светлана Скиба ­ председатель ОСМД «Калантая,20» и сопредседатель нескольких ОСМД, менеджер по комплексному обслуживанию домов, предприниматель.

- Светлана Викторовна, как возникло желание если не изменить весь мир, то начать с отдельно взятого неприметного пятиэтажного дома?

   - Все началось с того, что я загорелась идеей сделать свое жилье если не идеальным, то уютным и теплым. С группой энтузиастов мы стали решать вопросы, связанные с ремонтом коммуникаций в доме. Дело пошло, и было решено узаконить наши начинания. Мы создали объединение совладельцев многоквартирного дома. Проще, ОСМД. Меня на общем собрании выбрали председателем. И я буквально на следующий день, засучив рукава, принялась за работу.

   Уже через год у нас в доме были заменены все трубы отопления. Утеплен полностью подвал. И, самое главное, в нем перестало пахнуть плесенью. Как это было последние двадцать лет.

   Раньше моим соседям, которые проживали в трехкомнатной квартире, приходили платежки. В них напротив графы «за отоп­ление» стояла цифра в 4 тысячи гривен. Сейчас, в самые холодные дни зимой, едва ли набегает до полутора тысяч. Не поверите, но к нам сейчас водят целые экскурсии. Чтобы показать, что при правильном подходе и сознательности жильцов дома можно горы свернуть. И это не фантазии.

- Самое сложное в этой деятельности, наверное, работа с людьми?

   - Да, когда мы все начинали, было сложно. Ведь у каждого есть свой «таракан в голове». Кому­то важнее утеплить дом, кому­то отремонтировать электрику. Другой переживает, что на доме протекает кровля, кто­то возмущается сыростью в подвале. Некоторые переживают за грязные лестничные пролеты. Всю эту кашу в голове надо переосмыслить и привести к общему знаменателю. То есть понять, что необходимо сделать в первую очередь. Для этого мы и общаемся с людьми, проводим собрания, разъясняем.

- Светлана, одним своим домом ваши обязанности не ограничились?

   - Да, люди приходили к нам и смотрели, что у нас получилось. Общались между собой и решали, что им такой хозяйственный подход больше импонирует, чем нахождение под управляющей компанией.

    Так получилось, что люди просили взять их к себе, мы их консультировали. И они потихоньку становились  самостоятельной хозяйственно­расчетной единицей. Так я оказалась «смотрящей» за несколькими домами.

   Работы хватает, и ее надо выполнять всегда качественно. Халтуру люди почувствуют сразу. Интересно, что когда мы принимали дома в ОСМД, то везде была одинаковая картина. Трубы текли почти везде. В некоторые дома мы заходили в подвал, и ходили по нему с… зонтом.

- Я знаю, что Вы активно участвовали в городских программах по поддержке ОСМД?

   - Да, в свое время была городская программа «Теплые кредиты». Но ее уже нет два года. Мы под эту программу закупали строительные материалы для ремонтных работ. Часть денег на них компенсировало государство, остальную часть давал город. Жильцам оставалось выплатить 40 % от общей суммы.

   Приведу пример. В 2019 году мы взяли кредит на 280 тысяч гривен. На эти деньги нам удалось полностью поменять подачу и обратку системы отопления в подвале, все краны на стояках. Это давало возможность развоздушивать систему отопления, не поднимаясь на пятый этаж. Не надо было, как раньше, ломиться к соседям и жалобно выпрашивать, чтобы они спустили в батарее воздух. Еще поменяли все входные двери и окна в подъездах, а также простые двери в тамбуре на пластиковые.

   Так вот, мы этот кредит взяли в ноябре, а в январе следующего года закрыли его. Сначала нам пришло почти 100 тысяч гривен из государственной казны. Город нам дал еще 45 тысяч. А остальные мы сообща выплатили сами. Даже еще успели крышу отремонтировать.

   Есть у нас в активе еще победы в двух конкурсах для ОСМД, которые проводили два крупных градообразующих предприятия города. В общей сложности мы заработали дополнительно еще 109 тысяч гривен. Естественно, все они пошли в дело.

- Как сейчас с городскими программами по поддержке ОСМД? В связи с войной, наверное, прекратились?

   - Да, сейчас все программы закрыты. Еще в прошлом году мы подали документы на участие в программе «Теплый подъезд». Она для тех, кто создал свои объединения не раньше 2021 года. В 2023 году эту программу по энергосбережению мы планировали воплотить в жизнь. Тринадцать объектов именно такое количество домов мы подали на участие в этой программе. По каждому из них была проделана большая работа, составлены документы, проведены собрания жильцов. Но придется теперь все это отложить до лучших времен. Я уверена, после победы мы сразу вернемся к этой теме. И городская программа для таких, как мы, заработает вновь.

- Как люди себя вели с начала войны? Вы свою работу приостанавливали?

   - Весь февраль и март люди были очень растерянны. Никто не знал, что будет дальше. Многие говорили, что не надо платить за коммунальные услуги. Мол, война все спишет.

   Нам пришлось разъяснять, что у нас – не зона боевых действий, и долги после войны никто не простит. Другие говорили, зачем делать ремонты. А вдруг ракета прилетит и все разобьет. Причем многие себе противоречили. Сегодня рассказывали про бомбежку, а утром следующего дня возмущались, что до сих пор течет крыша. И надо что­то немедленно делать.

   Только в мае люди начали возвращаться в нужную колею. И мы уже заговорили о том, что надо готовиться к отопительному сезону.

- В чем заключается подготовка к зиме?

   - Работы очень много. И чем раньше ее начать, тем лучше. Делаем промывку в домах, испытываем трубы на герметичность. В некоторых домах мы даже успели сделать капитальный ремонт. Мы вынуждены были это сделать, так как трубы там полностью заросли мхом. Вода практически не проходила по ним, люди, естественно, мерзли зимой. Одновременно утеплили подвалы. Там, где было все в порядке, только меняли задвижки.

- Несмотря на войну, должникам поблажек не даете?

­ Входим в положение, неразрешимых проблем не бывает. Если совсем тяжело, то у нас существуют определенные рычаги воздействия на них. Но стараемся идти на компромисс. Просим людей полностью погасить долг или заключить договор на реструктуризацию.

   Я обратила внимание на такую закономерность. Когда дома уходят от управляющих компаний, то у них числятся в должниках до 40% квартиросъемщиков. Многие не понимают, за что они должны платить. Но когда приходят к нам, то меняют свое мнение. И начинают платить. Если и есть в наших домах должники, то не более 10 % от общего количества жильцов.

- У вас в основном старый жилой фонд? А в девятиэтажных домах проблем меньше?

   - Нисколько. Там тоже не всегда трубы в подвалах в порядке. Еще большая проб­лема ­ обслуживание лифтов. Компания, которая ими занимается, имеет усеченный перечень своих обязанностей. И больше этих пунктов ничего не делает. Но мы и с ними стараемся найти общий язык.

   Относительно межпанельных швов, то мы работаем с постоянными подрядчиками. За счет того, что у нас несколько домов, они нам дают хорошую скидку. Все остальное мы делаем сами. У нас в штате свои слесари, кровельщики и сантехники. Многие из них ушли на войну. Но мы их смогли заменить. Сейчас немало людей ищут работу, есть у нас и переселенцы.

- Я правильно понял, жильцы всех домов, которые входят в ваш ОСМД, зимой мерзнуть не будут?

   - Конечно, не будут. Если не случится ничего экстраординарного. У нас зимой даже в угловых квартирах температура доходит до 24 градусов тепла. Некоторые жильцы просят прикрутить немного – для экономии. Сейчас работаем в плановом режиме. Готовимся к холодам и не сильно волнуемся по поводу того, что кто­то может замерзнуть зимой. Этого не должно быть априори.

Егор Добрыдень